Депрессия.

Когда один, совсем не хочется,

ненужных слов и понимания,

когда глухое одиночество

становиться моим изгнанием

от мира, глаз и безысходности,

я укрываюсь лишь молчанием.

Но строя мысли в очерёдности,

приоритетов неподвластных,

я убедился вновь в негодности

своих поступков несуразных.

И в поисках ответов скрытых,

среди вопросов столь неясных.

Я прозябаю в днях забытых,

и понимаю, с сожалением,

что все пути назад закрыты,

но, с нескончаемым, упоением,

я вновь и вновь переживаю,

всё те минуты наслаждения,

так связь с реальностью теряю.

А возвращаться мне не хочется:

и словно в мыслях растворяюсь.

Открыв глаза, и как пощёчина,

мне подлинность ударом хлёстким

напомнила об одиночестве,

таком суровом и столь жёстком.

А в темноте лежат смиренно

мечты обглоданные кости.

У грусти спутник неизменный-

бутылка с крепким алкоголем,

и тянется рука надменно

с подавленной и слабой волей.

Но горло у стекла сжимая,

оно в ответ, огнём тяжёлым,

меня дыхания лишает,

сжигая сердце по иронии,

мечты бесследно убивает.

Когда душа горит в агонии,

и чувства превращает в пепел:

надежда с верой угнетённые,

покоятся в чугунном склепе.

Любовь, которая искрилась,

теперь закованная в цепи.

И там где раньше сердце билось,

где был души прекрасный пламень,

навеки всё остановилось,

а вместо сердца – чёрный камень.