Нам знать не дано, как слово наше отзовется (о Лоте, Аврааме и святости)


Нам знать не дано, как слово наше отзовется.

Введение.

Вот уж чего я никак не ожидал, так это того, что мне после публикации статьи «В шаге от помойки истории» придется писать статью апологетического содержания. Однако на одном из интернет ресурсов к статье была предъявлена претензия, которую можно выразить так: «Да как вы вообще можете всерьез отно-сится к Библии, ведь в ней описываются такие несимпатичные, безнравственные персонажи как Лот и Авра-ам! Первый имел детей от собственных дочерей, второй был женат на сестре, имел детей не только от нее, но и от служанки, в общем – кошмар!»

Что ж... Такие люди в Библии действительно описаны. И даже названы праведниками. И это может удивлять тех, кто пытается судить о людях, живших в ветхозаветную пору, по меркам Нового Завета. Для того, чтобы прояснить ситуацию, нужно разобраться в вопросе, и желательно – с самого начала. Предупреж-даю – ни о политике, ни о революциях, ни об России с Украиной, ни о демографии, ни даже об абортах в этой статье не будет сказано ни слова. Только христианская апологетика, только разбор библейских текстов. Кому не интересно, может дальше не читать.

Нравственность и святость.

«Христианская культура построена на чувстве вины. Грешить плохо, потому, что потом будешь терзаться раскаянием»

Борис Акунин. «Левиафан».

Знаете, я не согласен с Акуниным. Причина, по которой христианин старается не грешить, лежит значительно глубже.

Христианин старается не грешить для того, чтобы построить нормальные отношения с Богом. В ос-нове этих отношений лежит любовь. Ради любви к человеку Господь создал мир, создал людей, постоянно подает нам все нужное для жизни. Более того, когда человек попал в беду – согрешил и стал смертным – Господь Сам стал Человеком и пошел на мучительную смерть на кресте, чтобы каждый из людей (из тех, кто захочет, конечно), смог наследовать жизнь вечную.

Ну, а человек как может выразить свою любовь к Богу? Ведь Бог ни в чем не нуждается – что можем мы Ему, Вечному и Всемогущему, дать? Ответ найдем в «Евангелии от Иоанна»: «Кто любит Меня, тот со-блюдает слово Мое» (Ин. 14, 23).

То есть тот, кто любит Бога, старается соблюдать Его слово, жить по Его заповедям. И среди запо-ведей есть вот такая: «Будьте святы, потому что Я свят» (Лев. 11, 45).

Итак, стремление к святой жизни для христианина нормально – именно такой жизни ждет от нас Господь.

Разберемся – что же такое святость? У этого слова есть несколько значений.

Первое значение никакого отношения к нравственности не имеет. Оно - синоним слов «отдельный, отделенный». Мне приходилось читать о «святых блудницах», которые были при языческих капищах. Разу-меется, эти дамы высоконравственными не были, а слово «святые» в данном случае просто означает, что они были отделены от других своих соплеменниц, специально для храмовой проституции.

Для данной статьи это значение слова «святой» не интересно, и больше мы вспоминать о нем не будем.

Второе значение слова «святые» - это синоним слова «верные». Именно в этом значении апостол Павел часто называет христиан «святыми» в своих посланиях. В этом значении святым может считаться каждый христианин в те периоды своей жизни, когда он всерьез старается быть верным Богу. Ну, а в период духовной усталости (а это у каждого бывает), когда христианина «несет» и он всячески «куролесит», святым он считаться не может.

И третье значение – то, которое употребляется чаще всего. «Святой» в значении «высоконравствен-ный», «праведный», «живущий по правде».

Собственно, такими мы, христиане и должны быть – верными, высоконравственными, живущими по правде. Более того – мы хотим быть такими. Но «хотеть» и «суметь» далеко не одно и то же.

Этот трагический зазор между тем, кем мы хотим быть и тем, кем мы являемся, апостол Павел вы-разил такими горькими словами: «Желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное – того не нахожу. Доб-рого, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу – делаю» (Рим. 7, 18-19).

В общем, не простая это штука – святость. Запомним это и пойдем дальше.

Все, кто хоть иногда заходит в православный Храм субботним вечером, знают дивное по красоте песнопение, которое начинается такими словами:

Воскресение Христово видивше

Поклонимся Святому Господу Иисусу

Единому Безгрешному

Как видите, Православная Церковь во все времена считала, что по-настоящему свят только Господь, и безгрешный человек жил на Земле лишь однажды, и был этим Человеком Воплотившийся Бог Иисус Хри-стос.

В то же время, все знают, что в Православной Церкви почитаются святыми немало людей – святой Георгий Победоносец, святой Николай Мирликийский Чудотворец, святой Сергий Радонежский, святой Серафим Саровский... Много людей, тысячи имен...

Нужно понимать, что Церковь никогда не считала этих людей безгрешными, ангелоподобными. Да и сами они себя таковыми не считали. «Все мы много согрешаем» - говорил апостол Иаков (Иак. 3, 2). Инте-ресно то, что говорил это человек очень чистой жизни, которого считали праведником даже враги христиан-ства - не принявшие Христа иудеи!

Разберемся – а зачем он вообще нужен, институт святых? Ответ на поверхности - для того, чтобы мы, обычные люди, могли у них учиться. В этом нет ничего странного. Во все времена начинающему нужен учитель, причем желательно – учитель хороший. Если человек хочет научиться столярному делу, он учится у лучших столяров. Если врачебному искусству – учится у лучших врачей. А христианской жизни мы учимся у лучших христиан.

«Подражайте мне, как я Христу» - говорил апостол Павел (1 Кор. 4, 16). Люди, почитаемые Церко-вью как святые – это те, кто не только захотел, но и смог быть христианином. У них есть чему поучиться.

Причем, как у любого человека, у святого что-то получалось лучше, а что-то хуже. Разумеется, луч-шему мы учимся, а худшему – нет. Такой-то святой почитается как великий постник, и у него мы учимся тому, как правильно поститься. Другой святой был великим молитвенником, и именно молитве мы у него учимся.

У знаменитой Марии Египетской мы учимся тому, как нужно по-настоящему каяться. Дело в том, что слово «покаяние» (в переводе с греческого «метанойя») в буквальном переводе означает «перемена ума». То есть покаяться – это не только сказать перед священником «отче, я согрешил». Покаяться – это изменить-ся, стать другим.

Мария Египетская в молодости была обычной шлюхой. Разумеется, этому мы у нее не учимся. Но однажды она осознала, что такой образ жизни приведет ее в ад (как это случилось, каждый может прочесть в ее житии). Тогда она ушла в пустыню, и постом и молитвой вычищала греховную грязь со своей души. Сем-надцать лет ее терзали нечистые помыслы. Семнадцать лет дьявол гнал ее назад, в портовые города, к преж-ней разгульной жизни. Но Мария была тверда. Она осталась в пустыне, и дьявол отступил. Это – пример великой битвы против греха, пример чистой победы, настоящего покаяния. Канонизирована святая Мария Египетская не зря, и у нее есть чему поучиться.

Последний византийский император Константин ΧІ Драгаш незадолго до смерти заключил с Като-лическим Римом унию, которая глубоко возмутила многих православных людей того времени. Я не стану рассуждать о том, возможна ли вообще нормальная уния между православием и католицизмом, такая уния, которая устроила бы всех. Скажу лишь, что уния, заключенная Константином Драгашем была не хороша. И, тем не менее, мы почитаем этого человека святым. За эту унию? Нет, конечно.

Византийский император был обязан защищать свою православную страну. И по этому пути Кон-стантин Драгаш пошел до конца. 29 мая 1453 года великая империя дала свой последний бой. В этот день при обороне Константинополя император бился как обычный солдат, и пал смертью воина и героя. Его из-рубленное тело нашли под грудой тел врагов, убитых им самим. Опознать Константина Драгаша смогли только по красным императорским сапожкам. У этого святого мы учимся тому, как нужно исполнять свой долг до конца.

А вот Николай Александрович Романов под давлением своего окружения от престола отрекся. И, тем не менее, почитается как святой. За что – за то, что отрекся? Нет, конечно. У императора Николая мы учимся другому. Он – страстотерпец, человек, который правильно, по-христиански переносил страдания.

Поведение Николая после ареста – это образец того, как христианин должен пить горькую чашу, ес-ли таковую ему дал Господь. Ни призывов к мести, ни осуждения своих тюремщиков, ни темных мечтаний на тему – ух, вернуть бы все как было, хотя бы на часок - уж я этим кости-то повыламывал! Ничего подобно-го не позволял себе император Николай. В жизни каждого из нас могут случиться подобные обстоятельства, и переносить их нужно без ропота, без проклятий, без осуждения. Всему этому мы можем научиться у Нико-лая Александровича Романова, и значит, канонизирован он не зря.

Думаю, этих примеров достаточно. Святой (если говорится об обычном человеке, а не о Богочело-веке Иисусе Христе) и безгрешный – это совсем не одно и то же.

Когда критики православного христианства говорят нам о том, что наши святые грешили, они нас не удивляют – мы это и так знаем. «Все мы много согрешаем» (Иак. 3,2) – прав апостол Иаков, прав!

И все же есть большая разница, каким именно ты придешь на Суд к Господу. Один человек долгие годы своей жизни посвятил тому, чтобы очиститься от греха. Что-то получилось, да еще как! А что-то не получилось, увы. Но за старание, за труд, за верность Господь восполнит то, чего не хватило человеку при земной жизни, «убелит его паче снега (Ис. 1, 18)».

А другой и не пытался себя очистить. В таком случае на Суде его ждет совсем другое отношение. У тебя ведь было столько лет для очищения, и ты даже пальцем не пошевелил – чего же ты теперь ждешь от Господа?! Здесь уж извини, и получай то, что заслужил! «Что свяжете на земле, будет связано на небе (Мф. 18, 18)», и если ты не захотел быть с Господом во время земной жизни, ты не будешь с Ним и в вечности.

О разнице ветхозаветной и новозаветной святости.

Среди православных святых много монахов. Но и людей, живших в браке – тоже не мало. Правед-ный Иоанн Кронштадтский, праведный Алексей Мечёв. Много святых, принявших монашество после того, как овдовели – святитель Лука Войно-Ясенецкий, святитель Иоанн Милостивый... Никого из этих людей нельзя представить себе в окружении нескольких жен и десятка наложниц.

А вот у царя Давида и жен было несколько, и наложницы имелись. И знаете – Бог никогда не упре-кал Давида за это. Не то, чтобы Давиду сходило с рук все, что бы он не сделал – когда сблудивший с Вирса-вией Давид убил ее мужа Урию Хеттеянина, Бог наказал Давида так, что ему мало не показалось. А вот за нескольких жен и наложниц – не наказывал. И у Моисея было две жены. И снова – от Господа ни слова уп-река. А вот в новозаветные времена такое уже не попускалось. Почему?

Посмотрим, что думали по этому поводу апостолы. Обращение к апостолам в данном случае более чем оправдано. Дело в том, что Православная Церковь – апостольская. Мы исходим из того, что Воплотив-шийся Бог Иисус Христос передал апостолам все необходимое для того, чтобы мы, их последователи, насле-довали жизнь вечную. Это касается и духовных даров, и вероучительных определений. В христианстве во-обще богословский спор разрешается так – если ты доказал, что апостолы верили так, как ты сейчас гово-ришь, значит ты прав. Если же тебе доказали, что апостолы верили не так, как ты сейчас говоришь, значит настала твоя очередь краснеть: «Простите, ошибся!» Если вопрос касается явлений, с которыми апостолы не сталкивались (скажем, эвтаназии), то правильное решение то, которое не противоречит вере апостолов.

Что же думали апостолы о Ветхом Завете? Центральным явлением этого времени является Закон, который был дан Богом через Моисея (смотри книгу «Исход», начиная с главы 20 и дальше, до конца книги «Второзаконие»). Так вот, апостол Павел считал закон Моисея «детоводителем ко Христу» (Гал. 4, 24). В античном мире словом «детоводитель» назывался раб, в обязанности которого входило водить подрастаю-щего ребенка в школу и забирать оттуда. Детоводитель – не учитель, он всего лишь следит за тем, чтобы дитя добралось до школы живым, и было в состоянии усваивать уроки. Да, ребенок слушается детоводителя, пока они в пути, но – только в пути. В присутствии учителя детоводитель почтительно молчит.

То есть Закон Моисея – это просто этап, который должно было пройти человечество, некая ступень-ка на пути от грехопадения Адама до времен Боговоплощения. В Ветхом Завете Господь не обращается к мужчинам с требованием, чтобы они непременно имели несколько жен. Но и запрета на многоженство в законе Моисея нет. Не потянули бы этот запрет люди того времени. До новозаветной нравственности чело-вечеству нужно было дорасти.

Вы удивляетесь тому, что отношения Бога и людей развиваются в динамике? А между тем, ничего удивительного в этом нет. Бог не меняется, но меняются люди, и поэтому меняются требования Бога к Сво-им творениям.

У кого есть дети, тот поймет – ведь и мы требуем разного от своих детей в зависимости от их воз-раста. Скажем, ребенок описался. Если ребенку пол года, его просто переоденут и не скажут ни слова упре-ка. В полтора года ласково попеняют – мол, надо писать на горшочек. В четыре за такое уже может последо-вать шлепок по мягкому месту. А описавшегося подростка родители поведут к врачу, чтобы проверил, нет ли проблем с почками или с нервной системой.

Как видите – и родители те же, и ребенок тот же, и проблема та же, а реакция родителей на пробле-му разная. Вот так и в отношении Бога и человечества. Бог не требует от людей того, что они не смогут по-нести. А уж когда дорастут, окрепнут – тогда потребует.

Закон Моисея был неплох. «Есть ли такой великий народ, у которого были бы такие справедливые постановления и законы, как весь закон сей, который я предлагаю вам сегодня?» - спрашивает Моисей у потомков Авраама (Втор. 4, 8). И действительно, на тот момент закон Моисея - это огромный шаг вперед. Скажем, по закону Моисея для храмовых жертвоприношений полагалось использовать животных – коз, овец... Сейчас многих защитников животных это смущает. Но сравнивать нужно не с нами, детьми новоза-ветного времени, отвыкшими от кровавых жертвоприношений. Сравнивать нужно с современниками Мои-сея. Так вот – современники Моисея, жители Ханаана, который должны были заселить древние евреи, при-носили в жертвы своим идолам собственных детей! В сравнении с этим, жертвоприношения всего лишь овец и коз – верх милосердия и человеколюбия.

Или вот – знаменитое «око за око, зуб за зуб» (Исх. 21, 24). Кто хорошо знает библейские тексты, тот вспомнит, конечно, человека по имени Ламех, который говорил, что «за Ламеха отомстится семьдесят раз всемеро» (Быт. 4, 23). То есть – ты меня обидел, в глаза мне плюнул, а я тебя убью, и дом твой сожгу, и детей твоих съем, и землю, на которой ты хлеб растил, солью засыплю.

А теперь вспомним диалог Иисуса Христа и апостола Петра, приведенный в «Евангелии от Мат-фея»:

«Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! Сколько раз прощать брату моему, согрешающе-му против меня? До семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе «до семи», но до седмижды семи раз». (Мф 18, 21-22).

То есть Ламех готов за себя бесконечно мстить, а Христос велит бесконечно прощать. Как вы ду-маете, если бы Господь обратился со словами, приведенными выше, не к Петру, а к Ламеху, понял бы его Ламех? Нет, конечно. Поэтому и нужна была промежуточная ступенька. «Око за око» - это намного лучше, чем у Ламеха. Это – справедливо. Не бесконечно отомстить, а именно в ту меру, в которую ты сам был обижен. За выбитый один зуб и ты выбей один зуб, но – только один, а не изломай обидчику все кости!

И уже после, попривыкнув к справедливости (которой требовал закон Моисеев), люди могли дора-сти и до милосердия (которого требовал Христос).

Надо сказать, что времена Нового завета не только поставили перед людьми новые требования. В мире появилось то, чего раньше не было – благодать Христова, подаваемая нам в церковных таинствах. Не случайно святой Иоанн Кронштадтский советовал христианам почаще прибегать с Святому Причастию. Мы побеждаем греховные порывы не только своей волей, но и благодатью Христовой. Нет молитвы, исповеди, причастия – нет и благодати, а значит, со грехом нам не совладать.

Я не стану на этом подробно останавливаться – в конечном счете любой человек может зайти в бли-жайший православный Храм и спросить у священника, в чем смысл церковный таинств и как они помогают нам бороться со грехом. Хочу лишь сказать – от святых новозаветного времени Господь требует большего, так как дал им большее. Кому больше дано, с того больше спросится. Людям ветхозаветной поры было дано меньше, и потому спрос с них меньше. Вот поэтому духовных облик святых ветхозаветных и святых новоза-ветных отличается.

О Лоте и Аврааме.

Ну, а теперь поговорим о людях, благодаря которым и появилась эта статья – о Лоте и Аврааме.

Начнем с того, что эти люди жили не просто в ветхозаветные времена, они жили до Моисея, и пото-му даже требования закона Моисея к ним некорректно применять.

Скажем, Авраам действительно был женат на сестре – у него и Сарры один отец, но разные матери (Быт. 20, 12). Ну и что? Заповеди, запрещающие жениться на близких родственницах, были даны веками позже, при Моисее (Лев. Гл. 18). Какие претензии к Аврааму?

Впрочем, думаю, будет проще разобрать жизнь этих людей по отдельности, и определить, что в ней было праведного, и что не праведного.

Начнем с Лота. Лот – племянник Авраама, некоторое время путешествовал вместе с ним, а потом поселился в окрестностях Содома.

Лот – праведник? Без сомнения. В чем его подвиг? В том, что он, живя среди людей крайне развра-щенных, не становился таким, как они.

«С преподобным преподобным будеши, и с мужем неповинным неповинным будеши, и с избранны-ми избран будеши, и со строптивыми развратишися» - говорил царь и пророк Давид (Пс. 17, 26-27).

«З ким поведешся, того й наберешся» - выражает ту же мысль украинская пословица.

Так вот – Лот жил со строптивыми и развратниками долгие годы, но не становился строптивым и развратным сам. Многие ли могут устоять перед натиском своего окружения? Многие ли могут не развра-титься, постоянно видя перед глазами дурные примеры? Лот – смог. И поэтому апостол Павел называет его праведником. Называет совершенно по делу.

А после гибели Содома Лот пал. Живя в пещере, вдали от людей, он позволил себе расслабиться – начал пить, напивался до беспамятства и спал с собственными дочерями. Этот случай – пример нам и пре-достережение. Духовная брань, брань со грехом заканчивается только на смертном одре. Пока ты жив, рас-слабляться и давать шанс дьяволу нельзя. И особенно внимательным надо быть там, где тебе, казалось бы, ничего не угрожает. В Содоме Лот был духовно собранным. Он знал, что надо устоять, и потому устоял. А в одинокой пещере, где, казалось бы, неоткуда взяться соблазну, он расслабился, распоясался и пал. Кстати, и Давид ведь пал, сблудив с Вирсавией, не во времена своих бесконечных военных походов (тогда он был верен Богу во всем), а во время отдыха в Иерусалиме, когда позволил себе расслабиться.

Прекрасный урок нам, христианам всех времен, чтобы не забывали – духовная брань не кончается никогда. «Трезвитесь, бодрствуйте, - говорит апостол Петр. – Потому, что противник ваш дьявол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить (1 Перт. 5, 8)».

Теперь поговорим об Аврааме.

«Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность» - говорится в книге «Бытие» (Быт. 15, 6) . Эту же фразу Писания нам напоминает апостол Павел (Рим. 4, 3). То есть подвиг Авраама – это именно подвиг веры.

Доверие к Богу Авраама было огромным. Его подвиг начался с того, что он исполнил повеление Господа, оставил свою землю, своих родственников, и пошел жить на чужбину (Быт. 12, 1). Сейчас суть этого подвига многим не понятна (у нас нет ничего необычного в том, что кто-то переселяется в другой го-род или в другую страну), но древний мир не знает ценности отдельной человеческой личности. Человек в том мире – лишь часть народа и вне этого народа он – никто. Ему, чужаку, не помогут люди, любой может убить его просто по произволу. Не зря в Законе Моисея так много упоминаний о том, что евреи не должны притеснять пришельцев. Видимо, притеснение пришельца в том мире было делом вполне обычным, иначе эта проблема просто не была бы отражена в Моисеевом законе.

Итак, в то время уйти от своего народа – это уйти в абсолютную незащищенность. И Авраам реша-ется на это – оставить всякую человеческую опору, и жить, опираясь только на Бога.

И Бог не подводит Авраама! Он хранит Авраама в чужой земле. И Авраам благодарен за это Богу. Книга «Бытие» сохранила несколько бесед Господа и этого удивительного человека... Наконец, Господь совершает над Авраамом и его женой Саррой чудо – их сын Исаак появляется на свет, когда Авраам и Сарра уже очень, очень стары.

А через несколько лет Авраам был испытан Богом еще раз. Это было последнее испытание, но – ка-кое испытание! «Бог искушал (то есть – испытывал!) Авраама и сказал ему: возьми сына своего и принеси во всесожжение» (Быт. 22 1, 2).

Здесь нужно кое-что понимать. Библия знает случаи, когда люди приносили в жертву своих детей. Эти люди – жители древнего Ханаана. Бесы задурили этим несчастным людям головы, и они стали прино-сить младенцев в жертву идолу Ваалу. Именно за это жители Ханаана были изгнаны со своей земли, и, в итоге, погибли. Я касался этого в статье «В шаге от помойки истории».

Но мы вернемся к Аврааму. Именно к нему обращены слова «принеси во всесожжение своего сына», и их говорит Сам Господь. Только один раз, единственный раз в истории Сам Господь обращается с таким требованием к человеку!

- Стоп! – скажешь ты, читатель. – Но ведь Авраам мог обмануться! Вместо Него с Авраамом мог го-ворить, скажем, сатана!

Нет, читатель. Сатана мог бы обмануть тебя или меня, но не Авраама. Авраам знал Господа настоль-ко хорошо, насколько Его вообще мог знать ветхозаветный человек. Он знал Его голос и не мог этот Голос перепутать ни с чьим другим. В Ветхом Завете было немало пророков, которые так же хорошо знали голос Творца Вселенной. Скажем, пророк Самуил.

Представьте ситуацию – Авраам уже стар, он очень любит Исаака, он сам с радостью пошел бы на смерть вместо него! Более того – Авраам явно недоумевает. Ему обещано Господом, что от него произойдут народы, а это возможно лишь в случае, если Исаак останется жив. Но – Авраам выполняет волю Бога, хотя и не понимает ее.

Почему?!

Потому, что Авраам хорошо знает Бога. Он знает, что он и Господь – друзья. Они дружат много лет, и Бог никогда не подводил его! И Авраам уверен - Бог не подводил его раньше, не подведет и теперь! Как сказал об Аврааме апостол Павел: «он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить» (Евр. 11, 19)

И Бог не подвел Авраама! Ангел остановил руку, занесенную над Исааком, и в жертву вместо него был принесен овен (Быт. 22, 9-13). И Бог исполнил то, что обещал Аврааму. Мало того, что из потомков Авраама произошел еврейский народ, но и в жилах Спасителя мира, воплощенного Бога Иисуса Христа тек-ла авраамова кровь. Кстати, и Исаака Бог наградил за то, что он так смиренно перенес это испытание – даль-нейшая его жизнь протекала очень, очень спокойно. Спокойнее, чем жизнь его отца Авраама, и спокойнее, чем жизнь его детей – Исава и Иакова.

В общем, мы почитаем Авраама святым не зря – у него мы можем учиться доверять Господу.

Что же до всего остального – и на солнце бывают пятна. Авраам был праведником, но не был без-грешным человеком, как не является безгрешным никто из нас.

Многих смущают две похожие истории о том, как Авраам выдавал красавицу Сарру просто за свою сестру. Он поступал так из страха – в те времена убить мужчин, а женщин забрать в рабство было делом вполне житейским. Оба раза влиятельные люди тех краев забирали Сарру, чтобы взять себе в жены или от-дать кому-то из своих приближенных. Авраама, кстати, заваливали подарками – что было совершенно нор-мально, так как эти люди считали Авраама просто братом Сарры (а не мужем!), а как не одарить брата такой красавицы! На Востоке богатые подарки родственникам невесты – дело обычное.

Оба раза Господь вмешивался в ситуацию, и Сарру Аврааму возвращали. Интересно то, что Господь помогал Аврааму без его просьб – почему-то оба раза Аврааму не пришло в голову спросить совета у Госпо-да или попросить у Него помощи. Мы часто ошибаемся, когда пытаемся решить свои проблемы просто по-человечески, с помощью житейской хитрости, или опираясь на житейский опыт. Увы.

Однажды Серафима Саровского спросили, бывало ли, чтобы он ошибался, когда давал советы тем, кто у него совета спрашивал. Серафим ответил: «Когда я говорил от себя, бывали ошибки». То есть когда Серафим в молитве спрашивал совета у Господа, и Господь отвечал ему, ошибок не было, ведь Бог не оши-бается. А когда ответа от Господа не было, Серафиму приходилось опираться на свой собственный опыт. Этот опыт был велик, и все же не уберегал Серафима от ошибок.

Вот так и здесь – когда Авраам пытался поступать не как пророк, а как просто человек, у него слу-чались ошибки. Но эти ошибки не перечеркивают его подвига. Авраам был и остается одним из величайших праведников всех времен.

Заключение.

Есть люди, которые смущаются, узнав, что христианские святые не были ангелоподобными, во вся-ком случае – не в каждую минуту своей жизни.

Но на самом деле – это хорошо, что они имели слабости, совершали ошибки. Хорошо для нас. У нас ведь тоже есть слабости, мы часто и много грешим. Но подвиг других грешников, которые все же смогли преодолеть свою греховность и дорасти до святости, должен нас воодушевлять. Они не были ангелами, и все же – смогли стать святыми. Значит, сможем и мы, если захотим. Бог помогал им, поможет и нам. Главное, чтобы мы захотели встать на этот путь. Ведь именно этого ждет от нас Господь, сказавший: «Будьте святы, потому что Я свят» (Лев. 11, 45). Если бы святость не была доступна для каждого из нас, Господь этой запо-веди не дал бы.

С уважением, Кэн Гурд

Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий