Американец. 1894 (Перевод)

Американский дух говорит:

Бунтовщик – обо мне: «Мы – прямая родня!»
Заголовки газет: «Что – война?!» и «Пожар!»
Так, выходит, никто и не понял меня,
И не понял, каков же он, мой Аватар.

Он бредёт по путям, что я взял под контроль,
Средоточье бессчётных космических уз.
Шутка он и Шутник, – такова его роль,
Он толкует Писанье на собственный вкус,

Ибо Кельт в его сердце и жилах кипит,
Ибо Галл по мозгам и по психике он,
И, задуманный свыше, как космополит,
Он на страже стоит Краснокожих Племён.

Лабрадор-Гваделупа, – в пространстве меж них
Он жилище усердно возводит себе.
Лже-друзья притеснят, – простодушен и тих,
Он, страдая, живёт, как святой, на столбе.

Но не святы ему ни Корона, ни Меч,
А не святы – смеётся над ними в лицо,
Презирает он падких на льстивую речь,
Что дуреют, услышав благое словцо.

Но на рынке ли, в шахте ли, пьян не шутя,
Он и местную Власть поминает плевком.
Руки чёрны от крови, – и всё ж, как дитя,
Потрясти его можно любым пустяком.

Но рабочие смены любви-нелюбви,
Юмор древний шахтёрский – спасенье души –
Но циничный Лукавый, живущий в крови,
Повторяют ему: «Не спеши! Не спеши!

Ты построил Закон, как родное жильё,
Так не рушь его! Это – наш общий совет!»
И, сомненья изжив, он встаёт под ружьё,
А у ружей в сраженье – сомнения нет!

Безоглядный в бою, он с оглядкой живёт,
Он с оглядкой живёт, чтоб отныне и впредь
У него за спиной не обрушился свод,
Чтоб Закон, как родное жильё, подпереть!

Азиатская радость от павших врагов
Не позорит отныне его существо,
И земля – от одних до других берегов –
Словно старая мать, не стыдится его.

Что же дальше? Горячку пороть сгоряча?
Обороной продуманной войско увлечь?
Враг стоит перед нами, но – без толмача,
Без него – ни своих, ни чужих не сберечь.

И стоит в раздраженье мой главный герой,
Но Упрёки повсюду звенят по углам,
И герой мой уж мыслями – там, за горой,
И, спеша, возвращается к мирным делам.

Он с Богами смущёнными мирно живёт,
И не страшен ему растревоженный Рок,
Он, поспорив, Судьбину свою перепьёт
И с позором спровадит её за порог.

Он – спокойный хозяин; нечёсан, небрит,
Но хочу сохранить первозданной красу,
И от всяческих школ – это Дух говорит –
Я его, наконец, охраню и спасу!

© Перевод Евг. Фельдмана
14.08.2011 г.