Малинник

Покой — в проплывающем облаке. Забыты мечи и орала.

Вовек не бывавшему в обмороке неведомо чувство астрала.

Безумцев забавы опасные. Околица тысячелетья.

А утро — стоячее, пасмурное… Неужто могу не стареть я?

Неужто дано попустительство мне, жалкой ликующей глине,

и эта стезя обольстительная в глухой раскаленной малине?

Неужто уволен до вечера от подлой и злой процедуры —

ветшания тела, привеченного всей прелестью местной натуры?

Прыщ, чирий я, черная оспина, но — как нам без разговора:

Ты всем нас пожаловал, Господи, но всех и разжалуешь скоро.

Иль, может, тому, кто влюбился так в Твое загляденье земное,

за это посмертно предписано совсем заведенье иное?

Так что ж я сияю, как гривенник, как глупый расхожий полтинник,

открыв этот горний молитвенник, молитвенник мой, Твой малинник…

1960 г.