Ничего

Ничего. Одна равнина. Упокоенные земли.

Мы за них поставим свечку и пойдём к себе домой.

Скорлупа разбитых окон в жжённой раме тихо дремлет,

Серо-илистая речка лижет сваи мостовой.

Мучась славой Колизея, на потертом ржавом поле,

Щеголяет белой стенкой хлев, покинутый скотом

Где-то, преданный своими, пёс пронзительно завоет

Мы сюда ещё вернёмся. Обязательно. Потом.

Старый магазин «пдкты» сплюнул буквенные зубы

И стоит, роняя шифер, нарывается на смерть

Ловят воду в своё пузо обезглавленные трубы

Ничего. Одна равнина. Обесточенная степь.

В битве времени с пространством не надеясь на победу,

Дом седой косится боком, выпучив чердачный глаз

Здесь когда-то жили люди, головой тянулись в небо

И вдыхали эти травы и не думали о нас.

О разваленный колодец мы стоим споткнувшись взглядом,

Неуместно молодые и живые невпопад.

И в сердцах, налитых кровью, разливается каскадом

Обожания к России алогичный водопад.