Крейсера (Перевод)
Мамаша – Фрегат, что в морской заварушке,
Линкоры вела на британские пушки,
И мы, её Дочки, спешим поскорее
Врага навести на свои батареи.
Мы служим приманкой, мы служим в конвое.
Идём по ночам и берём за живое,
Как шалые девки ретивого сорта,
Что встретят матроса у каждого порта.
Шпионки, мы в гонке за нашим клиентом.
В финале – догнали и сдали моментом,
И – в полную мощь бронированных грудей –
Вступают хоралы британских орудий!
На море купчина кручины не чает,
Не чает, покуда сестёр не встречает.
И мы окружаем его, легкоума,
И груза лишаем без лишнего шума.
Наш флот – что-то вроде разинутой пасти.
Мы будим в противнике страсти-мордасти,
И пасть замыкается грозно и разом,
И поздно включать осторожность и разум!
При этом, Фрегата проворные Дочки,
Мы действуем живо и без проволочки:
На берег одна с донесеньем несётся,
Другая следить за врагом остаётся.
Там – горы, долины и дождик унылый.
Здесь – мы собираем наличные силы,
Здесь – кружимся в танце всё снова и снова
На плавной округлости шара земного.
Слепит нас луна, что сверкает и блещет,
Слепит нас волна, что бежит и трепещет,
Но сходимся, сёстры, железной оравой
В стихии, кипящей и слева, и справа.
Как девушки, ждущие выход невесты,
Смеются, разносят последние вести,
Так рядом со смертью друг дружке мы вторим,
И каждая каждой сигналит над морем:
«Что видишь? Сигналы иль молний разряды?
Что слышишь? Гром Божий иль гром канонады?
Что – что опознала? Тяжёлые тучи
Иль дым над армадой – враждебной, могучей?»
Врагу постоянно мы путаем карты,
Туманны-обманны здесь финиши-старты,
Но по окончании наших прелюдий
Вступают хоралы британских орудий!
Кончается мир – веселеют ребята:
Законы, над нами висевшие, сняты.
И в водах прибрежных, и в море открытом
Нет удержу нам, Дочерям знаменитым!
© Перевод Евг. Фельдмана
01-18.04.2014 г.
Пусть нас называют морской шпаной —
В нас кровь бригантины, бабки шальной.
Чтоб сбить с панталыку чужие суда,
Мы за нос их водим туда и сюда.
Ей-ей, ремесло отборного сорта —
От борта до борта, от порта до порта
Шныряем, девчонкам портовым сродни,
Когда на работу выходят они.
Линкору покорна наша дружина.
Чужак на рейде — попался, вражина,
Хана тебе, братец, бросай якоря,
А наша забота — удрать втихаря.
Сияя огнями, торговец-пройдоха
Вальяжно плывет, не чуя подвоха.
Мы, словно акулы, встаем пред купцом.
Выверни трюм — и дело с концом.
Обштопанный аспид, млея от страсти,
К хозяину чешет, развесив снасти.
Но, дыму глотнув, подставляет корму.
А мы затеваем опять кутерьму.
О планах болвана пронюхав заране,
Его стережем, хоронясь в тумане.
Тут же на берег шлем донос,
Чтоб ветер попутный мальца не унес.
И вновь на протравленном солью просторе
Под тусклым небом, на сером море
Несем себе кругосветный дозор,
Сбивая пену в грязный узор.
То брызги дождя, то слепящие блики,
То лунной дорожки след многоликий.
Мы стеньговым флагом знак подаем
Судам, что служить подрядились внаем.
Бывает, пред выходом новобрачных
Отпустят друзья пару шуточек смачных, —
Так и мы, ничего не имея в виду,
Двусмысленную несем ерунду.
— Там вспышки зарниц иль сигналы тревоги?
— Гром или пушки ревут о подмоге?
— Дымок орудийный иль облака след?
— Закатное солнце иль знак новых бед?
От миражей шалеют мозги.
Мы сами надуем, а нас не моги, —
На пушку возьмем, охмурим, обдурим
И в пекло полезем. Прочее — дым.
Нынче народы вдохновлены,
Поскольку мир — на грани войны.
Наша работа — весьма в чести.
Попутного ветра! Боже, прости.
Перевод Ольги Кольцовой
