У моря

Над лиманской солью невеселой

Вечер намечается звездой…

Мне навстречу выбегают села,

Села нависают над водой…

В сумраке, без формы и без веса,

Отбежав за синие пески,

Подымает черная Одесса

Ребра, костяки и позвонки…

Что же? Я и сам еще не знаю,

Где присяду, где приют найду:

На совхозе ль, что ютится с краю,

У рыбачки ль в нищенском саду?

Я пойду тропинкою знакомой

По песку сухому, как навоз,

Мне навстречу выбежит из дому

Косоглазый деревенский пес…

Вспугнутая закружится чайка,

Тени крыльев лягут на песок,

Из окошка выглянет хозяйка,

Поправляя на плечах платок.

Я скажу: «Маруся, неужели

Вырос я и не такой, как был?

Год назад, в осенние недели,

Я на ближнем неводе служил…»

Сердце под голландкою забьется,

Заиграет сердце, запоет.

Но Маруся глянет, повернется,

Улыбнется и в курень пойдет.

Я — не тот. Рыбацкая сноровка

У меня не та, что год назад, —

Вышла сила, и сидит неловко

Неудобный городской наряд.

Над лиманом пролетают галки,

Да в заливе воет пароход…

Я не буду нынче у спасалки

Перекатывать по бревнам бот.

Я не буду жадными глазами

Всматриваться в тлеющий восток,

С переливами и бубенцами

Не заслышу боцманский свисток.

Я пойду дорогою знакомой

По песку, сухому, как навоз;

Мне навстречу выбежит из дому

Космоногий деревенский пес.