Оллария, 10-ый день Летних Ветров, 397 год К.С.


Дворец. Будуар королевы.


Катарина уже почти заснула, когда почувствовала что на нее кто-то смотрит. Открыв глаза, она обвела комнату взглядом и едва сдержала крик. Прямо перед ней, у изножья кровати, стояла Елизавета Алва. Её тонкая невысокая фигура была окутана чем-то светлым и, казалось, светилась в темноте.


- Убийцааа… - разнесся по комнате тихий печальный голос.


Катарина сглотнула и почувствовала, как покрывается холодным потом.


- Нет, - голос королевы сорвался на хриплый шепот.

- Лжешшшь… - призрак медленно обошел кровать и протянул руку, указывая пальцем на женщину. – Если бы не ты, я была бы живаааа…


Катарина замерла, точно зачарованная, смотря на указующий перст около своего лица, и явственно ощущала, как от него идет холод. Пусть королева была и не робкого десятка, но сейчас ей было очень страшно. Казалось, страх парализовал её горло, не давая что-либо сказать или позвать на помощь.


Призрачная гостья, тем временем, опустила руку, на которой женщина заметила брачный браслет герцога Алвы, но с места не сдвинулась.


- Что тебе от меня нужно? – прохрипела Катарина.

- То, что мне нужно, ты мне дать не сможешь, - Елизавета смотрела на нее со странным выражением лица, если бы она была жива, то его вполне можно было бы принять за грусть.


Призрак, наконец, отступил и медленно поплыл через комнату. Королева зажмурилась и судорожно вздохнула. Неужели действительно были правы клирики, говоря, что убиенные насильно не отправляются в Рассветные сады до тех пор, пока не отомстят своим убийцам? Ходили же разговоры про выходцев. Вот только посетивший ее сейчас призрак герцогини на выходца бы совсем не похож. К тому же Катарина не убивала Елизавету. Приказ о подрыве кареты отдавала не она.

Наконец, королева почувствовала, что голос к ней возвращается, и закричала так громко, как только смогла.



***


Лиза быстро шла по темному коридорчику вслед за Анной Рафиано, которая освещала им дорогу свечой в небольшом фонаре. Длинное белое одеяние путалось у нее под ногами, и девушке все время приходилось его перехватывать задубевшими от холода руками.


Лиза не могла не признать, что идея нарядить ее призраком и выстудить руки в колотом льду была прекрасна для запугивания королевы (о чем и возвестили громкие крики последней, раздавшиеся почти сразу после ухода «призрака герцогини Алва» в потайную дверь в гардеробной), однако имела определенные неудобства. И теперь пальцы все никак не хотели отогреваться.


Анна остановилась в небольшом тупичке и нажала на едва заметный рычаг. Часть стены отъехала, и женщины вышли в один из дворцовых коридоров, где их уже ждал Лионель.


- Ну, как все прошло? – спросил он.

- Все отлично, - улыбнулась графиня. – Теперь нужно увести Елисавету из дворца, а мне пора к Её Величеству. Она сейчас наверняка потребует меня к себе.

- Я в этом уверен, - Савиньяк подошел к Лизе и набросил на ее плечи большой черный плащ с капюшоном, который до этого держал в руках. – Пойдемте, сударыня, лучше побыстрее скрыться отсюда.


Девушка кивнула и поспешила вслед за мужчиной по коридору к одному из выходов. Проскользнув через темный сад, они сели в ждавшую их карету.

Когда карета тронулась, Лиза откинула капюшон, но при этом закуталась в плащ и потерла ладони друг о друга.


За окном проплывал спящий город, но девушке было не до сна. Когда ей вчера Арлетта сообщила, что Росио уехал на смотр военного лагеря и теперь неделю будет отсутствовать в Олларии, Лиза очень заволновалась. Ведь это означало, что теперь план, придуманный графиней Савиньяк, можно приводить в исполнение. Правда, в чем именно состоял этот план никто толком не знал.


И вот, сегодня с утра девушке поведали некоторые его детали. Услышав их девушка сначала потеряла дар речи, а потом сказала, что это просто нереально.


- Там полно охраны, - ответила она на утверждение Арлетты, что все продумано. – Как я мимо них проберусь?! И фрейлины тоже там в количестве, и слуги.

- Да, Вы все верно подметили, - кивнула ей женщина с лукавой улыбкой. – Вот только Вы забыли, что моя дорогая Анна – первая фрейлина Её Величества, и отправить всех «прогуляться», пусть даже и ночью, для нее не составит труда. К тому же Ли – капитан королевской охраны и может снять караульных на некоторое время, правда, весьма небольшое. И еще, у нас во дворце есть один союзник, о котором Вы пока не знаете, но поверьте, он будет помогать всеми возможными силами.

- Но до спальни королевы идти от входа не близко, - не сдавалась Лиза.

- А кто Вам сказал, что Вы весь путь пойдете по дворцовым коридорам? – Арлетта чуть прищурилась. – Там есть и тайные пути. В спальню, где нынче почивает Катарина, ведут целых два потайных коридора, и королева о них не знает…


Так в итоге девушка и попала в королевские покои. После чего оставалось разыграть небольшое представление, призванное напугать Катарину, и скрыться как можно быстрее.


Лиза поежилась под теплым плащом, постепенно осмысливая все произошедшее. Конечно, одно такое появление ничего не даст, кроме сплетен, но девушка понимала, что это только начало.


- Скоро приедем, и я попрошу Анну приготовить для Вас горячую ванну, - тихий голос Лионеля, сидящего напротив, заставил Лизу вздрогнуть.

- Боюсь, к тому моменту, как мы приедем, мне будет актуальнее кровать, нежели ванна, - усмехнулась девушка.

- Но, Елизавета, Вы все время кутаетесь в плащ, Вам необходимо согреться, - мужчина чуть подался вперед.

- Думаю, для этого мне будет достаточно небольшого таза с горячей водой, - вздохнула Лиза и, почувствовав, что ее щеки заливает краска, добавила: - Мне только руки отогреть надо.

- Если только руки, то дело проще, - Савиньяк осторожно взял ее ладони в свои, поднес к своему лицу, и ледяные пальцы девушки окутало теплое дыхание.



***


Особняк на площади Оленя.


Лионель дышал на тонкие дрожащие пальцы Элисы, слегка растирая их своими теплыми ладонями, и боролся с собой чтобы не прикоснуться к ним губами. Все-таки его мать перегнула палку, настояв на том, чтобы остудить руки девушки во льду. Сейчас эти тонкие пальчики больше напоминали схваченные морозом веточки: такие же холодные и хрупкие.


Савиньяк дохнул на девичьи руки еще раз и поднял глаза на Элису. Даже в скудном ночном свете, льющимся из окна кареты, было видно, что щечки девушки окрасил румянец, и сама она, точно заколдованная, следила за действиями мужчины.

Лионель еще раз растер ее руки и отпустил их.


- Надеюсь, теперь Вам теплее, - сказал он слегка охрипшим голосом.

- Да, благодарю Вас, - Элиса смущенно улыбнулась и опустила глаза.


Вскоре карета въехала во двор особняка на площади Оленя. Элиса набросила капюшон и уже собралась выскользнуть из кареты, но Савиньяк удержал ее.


- Пока останьтесь в карете, - сказал он, глядя в несколько растерянные глаза девушки. – Лучше нам не рисковать. Войдем через конюшню.


Элиса кивнула и вновь опустилась на сидение.

Спустя несколько минут Лионель и его спутница вошли в малую гостиную. Но не успел мужчина вызвать слуг, чтобы приказать подать горячего вина для Элисы, как в помещение влетел взъерошенный Арно.


- Малыш, - мужчина окинул брата внимательным взглядом. – Что случилось? Разве тебе не пора спать?

- Уснешь тут, как же, - буркнул брат. – Тебя нет, эрэа Элисабеты тоже, слуги суетятся. Да еще и матушка куда-то уехала.

- Как уехала? – Лионель приподнял бровь. – Когда?

- Да с час назад, - ответил Арно, всплеснув руками. – Приказала подать второй экипаж и уехала не понятно куда.


Открыть от удивления рот мужчине не позволило только присутствие в гостиной Элисы. Девушка, как успел заметить Савиньяк, уже устроилась на диванчике, подобрав под себя ноги.


Несколько секунд Лионель обдумывал ситуацию.


- Так, - наконец, сказал он. – Арно, ты сейчас идешь в свою спальню и ложишься спать…

- Но… - начал было парень.

- Никаких но, - оборвал его мужчина. – У тебя завтра занятия. Сударыня, - Лионель повернулся к Элисе. – Вам я тоже настоятельно советую отдохнуть.


Девушка возражать не стала. Только устало кивнула, поднялась со своего места, подобрала длинные «призрачные» одежды и покинула гостиную вслед за выскользнувшим уже за дверь младшим братом.


А вот самому Савиньяку было не до сна. Он не помнил ни одного случая, чтобы мать срывалась из дома ночью, да еще и неизвестно куда.


В тот же момент входная дверь особняка отворилась и в холле раздались легкие шаги. Выглянув из гостиной Лионель увидел, как Арлетта скидывает на руки подоспевшей служанке плащ.


- Матушка, - граф вышел из гостиной и направился к женщине.

- О, хорошо, что вы уже дома, - мать повернулась к нему, и мужчина увидел, что ее глаза просто-таки светятся. – Я ведь правильно думаю, что Элисабета вернулась с тобой?

- Разумеется, - кивнул Лионель. – Я отправил ее спать несколько минут назад.

- Прекрасно, - Арлетта обошла его и направилась к лестницам, ведущим на второй этаж. – Надеюсь, она не разболеется после эксперимента со льдом.

- Я тоже, - граф пошел за женщиной. – Должен Вам сказать, матушка, что предложить выхолодить ее руки во льду было очень жестоко с Вашей стороны. Элиса еще долго куталась в плащ после окончания представления, пытаясь согреться.

- Отчаянные времена требуют отчаянных мер, - вздохнула мать, поворачиваясь к мужчине. – Но, поверь, оно того стоило. Весь дворец стоит на ушах, а Катарина трясется от страха.

- Откуда Вы знаете? – Лионель слегка прищурился.

- От второго нашего друга, от кого же еще? – насмешливо хмыкнула Арлетта и поспешила наверх, оставляя мужчину стоять у подножья лестницы с открытым-таки ртом.



***


Дорога в лагерь Западной армии.


Рокэ уезжал из Олларии в смешанных чувствах.


Во время его визита во дворец и король, и кардинал, выразив ему соболезнования по поводу такой ужасной гибели герцогини Алва, напомнили, что с поста Первого Маршала его никто не снимал, отпуска никто не давал, и пора бы ему снова приступить к своим обязанностям. Поскорбел недельку и будет.


Поэтому Рокэ ничего не оставалось, как выполнить приказ короля и отправится на дальнейшие смотры, выпросив на подготовку пару дней, которые тот ему милостиво предоставил.


И пусть два дня срок весьма небольшой, мужчине удалось многое за него сделать. Например, накануне его отъезда из столицы в особняк на улице Мимоз вернулись его люди, отправленные во Фрамбуа и далее, на Барсинский тракт выяснять обстоятельства произошедшей трагедии. Новости были неутешительные. Кроме Ансельмо, который благодаря искусству Мануэля и некоторым морисским тинктурам уже шел на поправку, не выжил никто. Но самое интересное заключалось не в этом.


- Мы несколько раз осматривали то место, соберано, - докладывал Рокэ Луис, глава отряда, отправленного на Барсинский тракт. – И как нам кажется, во время взрыва карета была пуста.

- Как так? – герцог вскинул бровь.

- Вы простите, что так говорю, но от собераны не осталось ничего, - кэналлиец немного замялся. – Ни обрывков от одежды, ни украшений, ни даже, прости Создатель, костей. Так не может быть.

- Но ведь Ансельмо сказал, что Элиса спала в карете, - Рокэ поднялся из-за стола, за которым сидел, и уперся кулаками в столешницу. – Я сам укладывал ее туда.

- Я видел, соберано, - кивнул Луис. – Но, боюсь, вынужден настаивать на своем. Даже от кареты остались деревянные обломки. Не могла соберана просто раствориться в воздухе.


В груди Рокэ вдруг затеплилась безумная надежда. Может, Луис прав, и Элиса каким-то чудесным образом спаслась? Но тогда где она? Почему не вернулась сюда, на улицу Мимоз? Возможно, ее куда-то отбросило взрывом и она потеряла память? «А может Леворукий вернул ее в ее мир?», - мелькнула мысль и тут же пропала.

Как бы то ни было, после доклада Луиса Рокэ отправил во Фрамбуа и ближайшие деревеньки своих людей, чтобы они осторожно выяснили, не подобрал ли кто на месте взрыва кареты герцогов Алва молодую девушку с копной темно-каштановых волос и прекрасными серыми глазами.


А самому герцогу Алва пока предстоял путь на смотр.

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.