Оллария, 18-ый день Летних Скал, 397 год К.С.


Особняк Алва.


Лиза нежилась в горячей ванне. Накануне Росио, зацеловав ее едва ли не до звезд перед глазами, уложил ее в постель и строго-настрого запретил покидать спальню. Поэтому остаток вечера девушка провела глядя в окно и слушая пение птиц. Супруг же был вынужден заняться делами и оставить ее одну. Но Лиза не расстроилась. После её откровений о том, что она перестает быть собой, она нуждалась в одиночестве, чтобы успокоить свои эмоции, которые едва не начали бить через край.


Изначально Лиза не собиралась говорить Росио о том, что ее беспокоит, надеясь со временем найти себе иные развлечения нежели чтение книг. Однако время шло, но никаких идей, чем занять свое время в голову, не приходило. Рукодельничать она не любила, ездить верхом не умела, друзей у нее не было (разве что Савиньяки, но они все же друзья ее мужа, а не ее собственные).


По итогам своих размышлений девушка пришла к выводу, что правильно сделала, поделившись с Росио своими затруднениями. Кто ей поможет лучше, чем ее супруг?

За своими мыслями Лиза не заметила, как погрузилась сначала в дрему, а затем в сон, сквозь который она слышала, как Росио вошел в их спальню, почувствовала, как просела под ним кровать и как он заключил ее в свои объятья, пристроив ее голову на своем плече.


Когда Лиза проснулась утром, супруга рядом уже не было. Изабо сказала, что соберано уехал к Его Высокопреосвященству, который прислал ему записку, но обещал вернуться ближе к обеду. Девушка на это только вздохнула и попросила приготовить для нее купальню.


И вот теперь Лиза вдыхала ароматный пар и думала над выражением «Дома и стены помогают». Всего одна ночь в особняке Алва, казалось, повлияла на ее здоровье лучше, чем две недели в доме графа Савиньяк. Девушка чувствовала себя достаточно бодрой и думала о том, что по окончании купания вполне способна съесть если и не слона, то что-то очень близкое к нему по размеру.


Выбравшись из ванны, Лиза вытерлась большим пушистым полотенцем, завернулась в кружевной пеньюар, выскользнула из купальни и пошла в спальню, одеваться. Из предложенных ей нарядов она выбрала серое платье из тонкого бархата, главным достоинством которого была возможность надеть его без корсета. Волосы Лизы Изабо собрала в косу, которую перевила жемчугом. Сама Лиза считала это лишним, но спорить со служанкой у неё настроения не было. Завтракать она спустилась в столовую.


Насытившись омлетом и яблочным пирогом, который по случаю возвращения собераны домой испекла Кончита, Лиза пила шадди и думала, чем себя занять до возвращения Росио. Первое, что пришло на ум это зарыться в книги, но девушка сдержала свой порыв. На смену ему пришла идея прогуляться в саду.


Сад как всегда благоухал цветами. Лиза не спеша пошла по дорожке к своему излюбленному месту у фонтана и присела на скамейку. Закрыв глаза, девушка глубоко вдохнула свежий воздух, и подставила лицо яркому летнему солнцу. Как же хотелось сейчас скинуть это платье, надеть шорты, запрыгнуть на велосипед и прокатиться где-нибудь в парке или у озер! Однако, это было невозможно. Хотя, конечно, был один вариант, но без Росио Лиза никак не могла его осуществить, да и её едва окрепший организм вряд ли обрадовался бы, если бы его впихнули в седло для верховой езды.


Девушка грустно вздохнула и легла на скамью. В этот момент она услышала хлопок, а затем странный треск со стороны фонтана. Чуть приподняв голову Лиза увидела, что от белой мраморной чаши откололся кусочек, и теперь этот осколок лежал на земле в компании маленького поблескивающего предмета. Девушка на секунду зажмурилась, потом открыла глаза и вновь посмотрела на предмет. Он казался ей смутно знакомым. Соскользнув со скамейки, она едва ли не ползком подобралась к фонтану и подняла поблескивающий сплющенный с носика конус. Догадка окатила ее ледяной волной и Лиза села прямо на землю, прислонившись к скамье спиной и глядя перед собой. Похоже, ее только что попытались убить.



***


Рокэ ехал домой, обдумывая разговор с Его Высокопреосвященством. Кардинал поведал ему о накаляющейся атмосфере между Талигом, Гайифой и Дриксен и напомнил маршалу о том, что его от смотра армий никто не освобождал. Герцог заверил своего собеседника, что уже совсем скоро он отправится на инспекцию следующего лагеря (умолчав о том в какой именно лагерь поедет и когда точно это произойдет) и поспешил откланяться.


Рокэ не хотел снова оставлять Элису одну, но выхода у него не было. Давешнее признание его супруги о ее сложностях, связанных с перемещением из её мира в Кэртиану, заставили его озадаченно нахмуриться. Он мало что знал о женских занятиях. Ну рукодельничали, ну переписывались с родственницами, ну иногда ездили в гости к приятельницам. Некоторые еще и на музыкальных инструментах играли. И все. Но родственниц и приятельниц у Элисы не было, свести знакомство она успела только с Савиньяками. Насчет того, как у нее обстоит дело с рукоделием, Рокэ понятия не имел. Так же он не знал, ездит ли Элиса верхом (что, впрочем, пока было для нее недоступно из-за недавнего недуга) и играет ли на каком-нибудь музыкальном инструменте. И выяснить это всё мужчина намеревался сегодня же.


Герцог въехал в ворота своего особняка, спрыгнул с Моро и пошел в дом. Когда он уезжал, Элиса еще спала, и мужчина решил не будить её. Теперь же ему хотелось, наконец, получить свой утренний поцелуй. Хуан сказал, что соберана недавно вышла в сад, куда Рокэ и направился.


То, что он увидел, подходя к излюбленному месту уединения своей жены, изрядно его обеспокоило. Элиса сидела на земле у скамьи, смотрела вдаль пустым взглядом и сжимала что-то в руке. Бросившись к девушке, мужчина опустился рядом с ней на колени.


- Милая, что с тобой? – спросил он, осторожно касаясь пальцами ее щеки.


Элиса подняла на него полный непонимания и страха взгляд, несколько секунд смотрела ему в глаза, точно осознавая, кто перед ней, и, всхлипнув, прижалась к его груди. Рокэ, по-прежнему не понимая, что происходит, обнял вздрагивающее тело.


- Девочка моя, что случилось? – снова попытался добиться он ответа от супруги, но, услышав лишь очередной судорожный всхлип, герцог подхватил девушку на руки, встал и быстрым шагом направился в дом.


Принеся Элису в спальню, он опустился в кресло и усадил ее себе на колени.


- Ну, любовь моя, - нежно проворковал мужчина, поглаживая жену по голове. – Скажи мне, что произошло? Что тебя так напугало?


Девушка ничего не ответила, только раскрыла до сих пор сжатую в кулачок ладонь. На ней лежала деформированная пуля очень похожая на ту, которую он вытащил из руки Элисы в день их встречи. Рокэ почувствовал, что на него накатывает гнев, но усилием воли взял себя в руки. Окинув внимательным взглядом жену и не найдя на ней видимых повреждений, он немного успокоился.


- Дорогая, расскажи мне, что произошло, – тихо попросил мужчина, крепче сжимая девушку в объятьях.

- Я не очень поняла, - ответила Элиса срывающимся голосом. – Я пошла посидеть у фонтана, а потом мне захотелось поваляться на скамейке и я легла, - она судорожно вздохнула. – Почти сразу я услышала хлопок, а потом треск, как будто камень откололся, глухой такой. Я повернула голову и увидела, что рядом с фонтаном валяется отколотый от чаши кусок и какой-то странный блестящий предмет. Когда я посмотрела на него поближе поняла, что это пуля.


Супруга еще раз вздохнула, на этот раз спокойнее и глубже, точно сбросив с плеч тяжелый груз, и прижалась к нему, опустив голову ему на плечо. Рокэ осторожно распустил косу Элисы, отложил длинную жемчужную нить (несомненно Изабо придумала) на стоящий рядом столик и зарылся пальцами в тяжелые пряди. Он мысленно поблагодарил Анэма и Леворукого, что они защитили Элису, и пообещал себе во что бы то ни было найти этого неуклюжего убийцу и его заказчика и заставить их расплатиться по счетам.


Но сейчас важнее было отвлечь девушку от переживаний. Поэтому Рокэ осторожно ухватив несколько прядей жены, потянул их, заставляя Элису откинуть голову назад. Та посмотрела на него немного удивленным взглядом.


- Знаешь, милая, - промурлыкал герцог, глядя в глаза жены, - мне кажется, что ты мне сегодня кое-что задолжала.

- Что я задолжала? – глаза девушки округлились, а губы чуть приоткрылись.

- О, один маленький пустяк, - улыбнулся мужчина, переведя взгляд на желанные уста.

- Какой? – выдохнула она, совсем растерявшись.

- Ты не помнишь? – Рокэ вскинул бровь.


На несколько секунд повисло молчание и герцог едва ли не увидел, как мысли мечутся в головке его жены.


- Ну да ничего, - продолжил он, - сейчас я тебе напомню.


И, не дав супруге ответить, прильнул к её трепещущим губам в страстном поцелуе.



***


Росио целовал Лизу требовательно, напористо, точно желая заставить ее забыть произошедшее. Девушка отвечала робко, чувствуя, как по телу расползается приятная истома. Желание вновь оказаться с супругом в постели, почувствовать его губы и руки на своей коже, ощутить тяжесть его тела закручивалось горячей спиралью, заставляя скулы Лизы вспыхнуть, а тело вздрогнуть в сладкой судороге.

Росио оторвался от ее губ, и девушка услышала его тяжелое дыхание. Приоткрыв глаза, она увидела, как мужчина смотрит на нее темнеющим от желания взглядом. Росио провел по ее шее кончиком языка и поцеловал за ушком, от чего Лиза задышала быстрее и прикусила губу.


- Дорогая, знала бы ты как я хочу тебя, - прошептал он, прокладывая дорожку поцелуев по линии челюсти и вновь накрывая ее губы своими.


Девушка скользнула ладонями по груди супруга, ощущая, как напрягаются под ее прикосновениями мышцы, и осторожно коснулась его губ своим языком. Эффект получился неожиданным. Росио тихо застонал, не разрывая поцелуя, подхватил ее на руки, и через несколько секунд Лиза оказалась лежащей на кровати. Мужчина же оторвавшись от ее губ, коснулся ее лба своим.


- Что ты со мной делаешь, счастье мое? – горячий шепот опалил ее губы. – Я же сейчас нарушу все предписания Мануэля. Я и так сдерживаюсь из последних сил.


Девушка чуть прикусила губу и почувствовала, как кровь приливает к щекам.


- Но я тоже хочу этого, - тихо прошептала она, удивляясь собственной смелости.


Росио чуть отстранился и посмотрел на нее внимательным долгим взглядом.


- Что ты сейчас сказала? – спросил он.


Лиза тут же пожалела о своем озвученном желании. Она прикрыла глаза и отвернулась.


- Милая, - дыхание мужа коснулось ее щеки и шеи. – Стоит ли стесняться своих желаний, когда они так прекрасны и разделены?


Руки Росио скользнули ей под спину, и мужчина перевернулся, увлекая девушку за собой. Открыв глаза, Лиза обнаружила, что лежит на своем муже, а он уверенно распускает шнуровку на ее платье. Она попыталась отстраниться, но руки мужчины вновь прижали ее к его груди.


- Не бойся, - проговорил Росио, медленно стягивая с Лизы платье. – Я буду осторожен, а Мануэлю мы ничего не скажем.


Супруг вновь уложил ее на спину, лаская ее шею, плечи, раздевая и покрывая поцелуями каждый сантиметр ее тела. От прикосновений Росио по телу Лизы точно проходил электрический разряд. Она кусала губы, сжимала пальцами простыни, выгибаясь всем телом, стараясь как можно теснее прильнуть к супругу. Мужчина же ласкал ее все настойчивее и страстнее и на вершину удовольствия они взлетели вместе, как и всегда.


Чуть позже Лиза дремала, устроившись в объятьях супруга. Тело сладко пело, и выбираться из постели совершенно не хотелось. Мысли текли медленно и лениво. Глаза слипались.


Девушка потерлась щекой о плечо Росио и поерзала, устраиваясь поудобнее. Руки мужчины крепче сомкнулись вокруг нее.


- Ты в порядке, радость моя? – спросил он, перебирая пряди ее волос. – Ничего не болит?

- Нет, - отозвалась Лиза и провела ладонью по его груди. – Всё хорошо.


Мужчина взял ее руку в свою и медленно поцеловал каждый палец.


- Скоро обед, - вздохнул Росио. – Тебе нужно поесть.

- Я не голодна, - девушка зевнула.

- Ты же знаешь, тебе нельзя пропускать приемы пищи, особенно теперь, когда ты только-только начала выздоравливать.

- Знаю, но после того, что случилось в саду, у меня вообще аппетита нет.


Ладони Росио заскользили по ее спине.


- Не думай об этом, - сказал он, зарываясь носом в локоны Лизы. – Я сам со всем этим разберусь.


Спорить с супругом девушке не хотелось и она лишь вздохнула. Действительно, что она может сделать сейчас? Разве что постараться побыстрее окрепнуть и в дальнейшем быть более осмотрительной.



***


Рокэ прижимал к себе супругу, перебирал ее волосы, гладил по спине и плечам и вскоре услышал, как ее дыхание выровнялось и стало глубоким. Взглянув в ее лицо, герцог увидел, что Элиса заснула. Он улыбнулся, рассматривая спящую девушку. Несмотря на то, что они всегда (за исключением его отъезда в южную армию) спали вместе, мужчина каждое пробуждение, как и в их первое утро, когда Элиса еще не была его женой, с непонятным трепетом смотрел на ее подрагивающие во сне густые ресницы и немного приоткрытые губы, на рассыпавшиеся по подушке и одеялу пряди темных, как шадди, волос и на то, как она во сне подкладывает под щечку ладонь. В такие мгновения мир для Рокэ сужался до его супруги, и он уже не понимал, как он раньше просыпался по утрам, не видя своего нежного сокровища.


Герцог осторожно переложил Элису на подушки, закутал её в одеяло, а сам встал, тихо оделся, взял брошенную на стол к жемчугу супруги деформированную пулю и задернул полог кровати со стороны окна. «Пусть пока поспит», - подумал мужчина, осторожно коснувшись губами лба жены. Элиса не проснулась, только слегка потерлась головой о подушку.


Покинув спальню, Рокэ приказал слугам не будить соберану и направился в кабинет. Там он достал из ящика стола вторую пулю и, положив на стол оба свинцовых конуса, стал их рассматривать. Если бы не деформация одной из них, то пули были бы совершенно одинаковыми.


Мужчина провел ладонями по глазам от переносицы к вискам. Дело принимало дурной оборот. В прошлый раз стреляли в него и в этом не было никаких сомнений. Сейчас же неизвестный решил ударить по самому больному месту: по любимой жене.


Кто мог на это пойти? Её Бледнейшество? Возможно, но она действовала бы хитрее. Братья королевы? Тоже возможно, но они скорей бы стреляли в него. Старый гусь Штанцлер? Пожалуй, самое близкое предположение, но доказательств никаких.

Кстати, а куда смотрела охрана?


Рокэ резко поднялся из-за стола, смахнул в ящик обе пули и покинул кабинет. Найдя Хуана, он приказал собрать всю охрану, которая была на посту в момент выстрела, в подвале.


В течение следующего часа герцог допрашивал несколько удивленных и напуганных кэналлийцев, пытаясь выяснить подробности и найти виновных. Молодые люди клялись, что никакого выстрела не слышали и ничего подозрительного не видели. Двое из них, Ансельмо и Хулио, видели, как соберана пришла в сад, села у фонтана на скамью, а потом, посидев немного, на эту самую скамью прилегла. Ничего подозрительного они не заметили.


Рокэ скрежетал зубами и сжимал кулаки. Обычно бдительные кэналлийцы были оставлены не у дел неизвестным.


Герцог приказал удвоить охрану, и осмотреть место, где предположительно скрывался убийца. А так же подать ему в кабинет «Черной крови».

Устроившись в своем кресле у камина, мужчина крутил в пальцах бокал с вином и ждал окончания поисков. Спустя полчаса к нему явился Хуан.


- Соберано, мы обыскали все, все деревья и кусты, - доложил он. – Но не нашли ничего кроме нескольких сломанных ветвей шиповника по ту сторону ограды.

- Ясно, - процедил Рокэ. – Пошли за Лионелем Савиньяком. Пусть передадут, чтобы явился срочно.

- Слушаюсь, соберано, - и Хуан вышел, оставив герцога наедине с его мыслями.



***


Лиза потянулась и открыла глаза. Комната была залита мягким предзакатным светом, но кровать оставалась в тени. Повернув голову, девушка обнаружила заботливо задернутую штору полога. Улыбнувшись, она потянулась за пеньюаром, свисающим в изножье кровати и, завернувшись в него, выбралась из постели.

Ее серое платье было брошено на одно из кресел, а нижняя рубашка и вовсе валялась на полу. Одеваться Лизе не хотелось и она решила, что не будет большой беды если она походит по дому так.


Выйдя из комнаты, она пошла к лестнице и не доходя до нее нескольких шагов услышала, как Хуан внизу отдает какие-то распоряжения на языке, которого она знать не знала, но который был очень похож на испанский. Подождав, пока Хуан уйдет, Лиза спустилась в холл первого этажа и остановилась в задумчивости. В библиотеку девушка идти не хотела, да и вряд ли она смогла бы сейчас сосредоточиться на чтении. Ноги сами понесли ее в кабинет Росио.

Остановившись у двери с завитками, она немного помялась и нерешительно постучала.


- Войдите! – раздался голос ее мужа из-за двери, и Лиза толкнула дверь.


Росио сидел у камина с бокалом в руке и о чем-то думал, совершенно не обращая внимания на нее.


-Я не помешаю? – тихо спросила она.


Супруг перевел на нее взгляд, улыбнулся и встал.


- Ты не можешь мне помешать, дорогая, - он сделал приглашающий жест в сторону второго кресла. – Почему ты не оделась, позволь узнать?


Девушка почувствовала, как ее щеки заливает румянец.


- Не хотела, - тихо ответила она, опускаясь в предложенное кресло. – А нужно было?

- Да, сегодня вечером приедет Лионель, и я не хочу, чтобы он видел тебя в едва скрывающим твои восхитительные прелести пеньюаре.


Лиза залилась краской еще больше.


- И вообще не стоит так разгуливать по дому, милая, - продолжил Росио, усевшись на подлокотник ее кресла и приобняв ее за плечи. – Я-то не против, но приближается война, и наш пока милый и уютный дом превратится в проходной двор. В холле все время будут толпиться порученцы, посыльные и Леворукий знает кто еще, и будет весьма досадно, если они закапают пол слюной, глядя на тебя в столь скудных одеждах. Не приведи Анэм кто-то из них захлебнется, кто-то поскользнется и свернет себе шею, а виноват буду опять я.


Девушка закусила губу и совсем смутилась. Супруг же поцеловал ее в макушку.


- Ты хорошо поспала? – спросил он, поглаживая кончиками пальцев ее шею.

- Да, - улыбнулась Лиза. – И теперь не знаю, чем себя занять.

- Скажи, радость моя, а чем ты занимала себя у себя дома? – спросил он, пытливо уставившись в ее лицо.

- Ну… - девушка чуть задумалась, пытаясь облечь мысли в слова. – Я очень много читала.

- Да, об этом я уже догадался, - улыбнулся муж. – И все?

- Еще гуляла, рисовала под настроение и играла на гитаре, но это было довольно давно.

- Ты умеешь играть на гитаре? – в голосе Росио прозвучало неподдельное удивление.

- Училась, но практики долго не было.

- Что ж, в таком случае одно занятие мы тебе нашли, - тут он поднялся с подлокотника, подошел к своему любимому креслу, достал из-за него инструмент, очень похожий на гитару, только чуть поменьше размером, и протянул его Лизе. – Попробуешь?


Девушка на мгновение замерла, а потом осторожно взяла инструмент. Пристроив его на коленях, Лиза взяла несколько аккордов и пробежалась по струнам. Гитара Росио была непривычно маленькой, но удобной и с более мягким звучанием.


- Ну? Как она тебе? – раздался голос супруга.

- Она несколько меньше, чем была у меня, - ответила девушка, продолжая перебирать струны. – И звучание у нее приятнее.

- Можешь играть на ней, когда тебе захочется, - Росио сделал шаг и коснулся пальцами ее щеки и подбородка, побуждая посмотреть на себя. – Но сейчас, дорогая, я настаиваю на том, чтобы ты оделась. Лионель может приехать с минуты на минуту.


Лиза вздохнула и поднялась.


- Можно я ее с собой заберу? – нерешительно спросила она.

- Забирай, - мужчина улыбнулся, притянул девушку к себе и поцеловал в лоб. – Только близко к камину не оставляй.

- Хорошо, - Лиза улыбнулась в ответ и, привстав на носочки, осторожно поцеловала его в губы. – Спасибо.


Не дожидаясь дальнейших действий со стороны супруга, она выскользнула из его объятий и отправилась обратно в спальню, одеваться.



***


Рокэ стоял посреди кабинета, смотрел на закрывшуюся за Элисой дверь и чувствовал себя влюбленным малолеткой. На губах горел поцелуй жены. Такой нерешительный, такой нежный. Мужчина поднес руку к губам и провел по ним пальцем, словно пытаясь впечатать в себя навсегда ощущение ее мягких губ. Да, целовались они много, иногда медленно, наслаждаясь каждым мгновением, иногда страстно, стараясь выпить друг друга до дна. Но Элиса очень редко целовала его сама. И каждый раз эта робкая ласка поднимала в нем бурю эмоций. Этот поцелуй не стал исключением. Мужчина в который раз за последние несколько часов подумал, что едва не лишился своей жены, и его руки сжались в кулаки.


Рокэ глубоко вздохнул. Сейчас ему нужна была холодная голова.


В дверь кабинета вновь постучали и вошел Хуан.


- Соберано, дор Лионель приехал, - доложил он и отошел в сторону, пропуская в помещение Савиньяка.

- Что случилось, Росио? – спросил он чуть удивленно после того, как за Хуаном закрылась дверь. – Твой посыльный меня чуть не силой из дворца вытащил.

- На то есть причины, - лаконично ответил маршал, подходя к своему столу.

- Какие же? – Лионель пошел за ним.

- Вот, - Рокэ достал из ящика сброшенные туда совсем недавно пули. – Полюбуйся.


Савиньяк взял обе пули и повертел их в руках.


- Еще одно покушение на тебя? – спросил он, поднимая взгляд.

- Если бы, - вздохнул герцог. – Если бы на меня, я бы тебя даже не подумал беспокоить…


В кабинете повисло молчание.


- Эрэа Елизавета, - не вопрос, констатация факта.

- Да, - Рокэ снова глубоко вздохнул. – В нее стреляли, когда она вышла погулять в сад.

- А твои люди?

- Ничего не видели, ничего не слышали. Убийца провел их мастерски.

- Дело-дрянь, - резюмировал Лионель.

- И не говори, - поддержал его маршал. – Под удар она попала из-за меня.

- А может и нет, - задумчиво протянул генерал.

- Что ты имеешь в виду?

- Со времени бала эрэа Елизавета очень обсуждаемая личность, - начал излагать свои соображения Савиньяк. – Она появилась во дворце сразу герцогиней Алва. Без объявлений, без помолвки. И это вызвало массу пересудов. Одним своим появлением она обзавелась как поклонниками, так и недоброжелателями. Последних возглавляет Её Величество, а значит и Штанцлер подтянется. Ей завидуют все дамы и добрая треть мужчин, имевших на тебя виды…

- Ты же знаешь, я не любитель гайифских утех, - перебил его Рокэ, опускаясь в кресло.

- Я-то знаю, - Лионель опустился в кресло, в котором совсем недавно сидела Элиса. – Но только других это не останавливает. Понятное дело, что почти все тебя боятся, и причинять вред герцогине Алва не рискнут, ну разве только исподтишка, сплетнями. Но я почти уверен, что найдутся горячие головы, решившие, что между тобой и ними стоит только Елизавета. Столкнул же ее кто-то с лестницы. Так почему бы этому кому-то не попытаться нанять убийцу, чтобы ее застрелить.

- Такой убийца стоит огромных денег, - заметил маршал. – Во дворе Висельников таких мастеров нет. Погоди… Как столкнул с лестницы?!

- Ты не знал? – вскинул брови Савиньяк. – Она написала мне об этом в записке, которую оставила перед отъездом.

- Нет, она мне ничего не сказала, - Рокэ покачал головой и подумал, что обязательно расспросит об этом жену.

- Ну, - генерал чуть пожал плечами. – Видимо, ей было не до того. Так вот, тот, кто нанял убийцу, весьма состоятелен, раз может оплатить подобные услуги, и обладает большим влиянием.

- Я бы сказал, что Её Бледнейшество со своими полусумасшедшими Людьми Чести.

- Вряд ли. Если бы Катари хотела убить Елизавету, то она скорее бы отравила, чем толкала в спину и нанимала убийц. Впрочем, у Её Величества есть какой-то план, и я думаю, что это не убийство.

- С чего ты взял?

- Я достаточно давно исполняю обязанности капитана королевской охраны, и уже успел изучить своих подопечных, - ухмыльнулся Лионель. – Катари что-то придумала и ждет удобного момента. Нам всем нужно быть начеку.



***


Лионель возвращался на площадь Оленя после вечера в компании Росио и Элисы. Его мысли крутились вокруг покушения на молодую герцогиню. Кому-то явно мешало ее существование, но кому? Элиса не водила знакомства ни с кем, кроме него и Эмиля, который сейчас был в лагере южной армии, да и на людях без острой необходимости в виде записок от Её Величества не появлялась. На балу она была мила и вежлива со всеми, даже с приставшим к ней Леонардом. Значит, дело не в ней, а в попытке вывести из себя Росио.


Мужчина вздохнул. Да, для Росио ее потеря будет тяжелым ударом. Конечно, герцог Алва старался не показывать своей обеспокоенности происходящим, но Савиньяк видел, что того едва ли не трясет от жажды кого-нибудь застрелить или заколоть, и только нежелание тревожить и так взвинченную супругу удерживает его от решительных действий. Впрочем, Элиса тоже старалась держаться молодцом, улыбалась и даже поддерживала за ужином непринужденную беседу, правда, едва появилась такая возможность, девушка сбежала в спальню. Лионель ее не винил. Вряд ли кому после покушения на свою жизнь захочется много общаться.


Генерал подъехал к своему дому, спешился и, погруженный в свои мысли, пошел внутрь, не обращая внимания на необычную суету вокруг. Опомнился он только когда ему в глаза ударил свет из большой гостиной, которая обычно стояла закрытой.


Лионель поспешил туда, чтобы узнать, в чем дело, и остановился на пороге. В кресле у камина сидела Арлетта Савиньяк.


- Ли, дорогой, мне кажется или ты забыл про мой приезд? – спросила она, чуть вскинув брови.


Генерал мысленно себя обругал. За покушением на Элису он действительно забыл про приезд матери, о котором она известила его три дня назад.


- Ну что вы, матушка, - произнес он, подходя к креслу и целуя руку женщины. – Как вы можете обо мне так плохо думать?

- О, я не думаю о тебе плохо, но удивление написано у тебя на лице, - Арлетта лукаво улыбнулась и Лионель мысленно выругался. Он мог сколько угодно удерживать маски холодности и безразличия во дворце, но для матери он всегда был открытой книгой.

- Ну-ну, я не сержусь, - сказала женщина, оглядывая своего сына. – А вот Арно был недоволен твоим долгим отсутствием.

- Малыш тоже здесь? – генерал не смог сдержать удивления.

- Да, он очень просил взять его с собой, - женщина поднялась с кресла. – Впрочем это все ждет до завтра. Я несколько утомилась с дороги.


Арлетта прошла мимо Лионеля и исчезла на лестнице, оставив своего сына смотреть ей в след и думать о том, что ему предстоят непростые дни.

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.