Оллария, 15-ый день Летних Ветров, 397 год К.С.


Особняк на площади Оленя.


Лиза проснулась от ощущения полного покоя, которого она так давно не испытывала. Приоткрыв глаза, девушка сперва не поняла, что она делает в спальне, в которой она приходила в себя после падения с лестницы. Но ощутив, как ее спина прижимается к крепкой мужской груди, а талию обвивают сильные руки, Лиза улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер.


Их с Росио воссоединение, как вчера метко назвала его Арлетта, прошло весьма сонно. И сама Лиза, и ее супруг были слишком уставшими, чтобы предаться страсти. Их едва хватило, чтобы скинуть одежду и забраться в постель. Однако те объятия, в которых они сплелись, уже засыпая, были намного чувственнее и интимнее самого горячего соития, так как были показателем близости не только физической, но и духовной.


Девушка осторожно потянулась, стараясь не разбудить Росио, и повернулась к нему лицом. Лиза редко видела мужа спящим, обычно он просыпался раньше и неторопливыми ласками будил ее. Сейчас же девушка рассматривала мужчину, в объятиях которого находилась. Лицо его было расслаблено, губы слегка приоткрыты, длинные ресницы отбрасывали тени на скулы, черные волосы откинуты назад. Лиза потянулась вперед и невесомо поцеловала губы супруга.

В тот же момент она была опрокинута на спину, а улыбающийся Росио нависал над ней, щекоча ее щеки прядями волос. Не говоря ни слова, он склонился и поцеловал ее так, как целовал только он: нежно, глубоко, страстно, от чего все тело девушки начало трепетать. Лиза выгнулась, стараясь прильнуть к горячему телу мужчины. А тот, в свою очередь, прижимал ее к себе так, что становилось трудно дышать.


- Сокровище мое, - прошептал Росио, оторвавшись от ее губ. – Ты не представляешь, как я по тебе тосковал.


Мужчина скользнул губами по нежной шее Лизы и стал спускаться ниже, не оставляя без внимания ни один сантиметр ее тела. Девушка, ощутила возбуждение супруга и сама почувствовала, как внутри растекается желание.


- Не боишься, что мы разбудим всех обитателей этого гостеприимного дома? – спросил Росио после того, как Лиза обвила его бедра ногами, приглашая к дальнейшим действиям.

- Ну, - девушка на мгновение смутилась. – Я надеюсь, они поймут.


Супруг улыбнулся, мягко качнул бедрами, и весь мир закружился в горячем водовороте удовольствия.



***


Утро для Рокэ преподнесло несколько неожиданностей. После нежно-страстного пробуждения его супруга, к некоторому удивлению мужчины, вместо того, чтобы как обычно задремать, вызвала служанку и попросила проводить ее в купальню, чтобы привести себя в порядок. Герцог тоже не отказал себе в удовольствии искупаться и надеть свежую рубашку. Элиса вернулась спустя час, и Рокэ увидел, что она одета в тот самый кружевной пеньюар, который он обнаружил на пуфе в их спальне после того, как, как думал мужчина, она уехала в Савиньяк. Увидев его удивление, девушка улыбнулась.


- Мне его передала Изабо, - пояснила она и скрылась за ширмой, чтобы одеться.


Герцог стиснул зубы, не желая демонстрировать при служанке свои эмоции, но едва Анна покинула комнату, не выдержал:


- Да вы тут, кажется, целый заговор устроили, чтобы свести мня с ума! – воскликнул он.


Элиса подошла к нему, такая легкая в небесно-голубом платье, и положила ладонь на его грудь.


- Но если бы его не было, то и меня уже не было бы в живых, - сказала она чуть слышно.


Рокэ обнял ее и прижался щекой к ее шелковистым волосам.


- Только за это я готов вас всех простить, - выдохнул он.


На завтрак в столовой к ним присоединился Арно.


- Эрэа Элисабета, так чем вчера все закончилось? – спросил юноша, сверкая любопытством в черных глазах.

- Сама хочу это узнать, - улыбнулась ему Элиса, и Рокэ почувствовал кольнувшую сердце ревность, за что тут же сам себя и обругал, понимая, что Арно – всего лишь ребенок, вокруг которого уже некоторое время происходили интересные события.

- Я слышал, что Лионель вернулся только ближе к рассвету, - доверительно сообщил самый младший Савиньяк, делая глоток шадди с молоком.

- Этого следовало ожидать, - кивнула девушка.


После завтрака Арно отправился на уроки, едва скрывая досаду, что он узнает всё его интересующее позже, чем хотелось бы, а Рокэ вместе с Элисой переместились в гостиную, ожидать хозяев дома, которые, как сказали им слуги, уже проснулись.

Девушка подошла к распахнутому окну, у которого герцог стоял накануне вечером, и, облокотившись на подоконник, с видимым удовольствием втянула в себя напоенный цветочными ароматами теплый летний воздух.


Мужчина подошел к ней сзади и обнял за талию.


- Счастье мое, ты так наслаждаешься свежим воздухом, что я готов заподозрить, что Савиньяки держали тебя в подвале, - произнес Рокэ, с радостью ощущая, как девушка расслабилась в его объятьях.


Элиса тихо рассмеялась.


- Как ты можешь так плохо о них думать? – выдохнула она. – Просто ради моей безопасности Арлетта настоятельно просила меня не подходить к окнам, чтобы никто не знал, что я на самом деле не взорвалась в карете.


Мужчина наклонился и прильнул губами к шейке супруги.


- Арлетта как всегда предусмотрительна, - улыбнулся он.

- Должен же хоть кто-то обладать этим качеством, - голос графини Савиньяк заставил и Рокэ, и Элису отвернуться от окна.


Вместе с Арлеттой в гостиную вошел Лионель. По виду графа можно было сказать, что спал он мало.


- Присаживайтесь, - вновь заговорила женщина. – Думаю вам обоим будет интересно узнать, что произошло вчера вечером.


Элиса тут же устроилась на диване, куда опустился и герцог, не желая отпускать супругу от себя ни на мгновение…


… Рассказ Лионеля получился довольно долгим. Рокэ то и дело поражался своей слепоте. Как он мог не понять, что Савиньяк что-то задумал, когда он сам пошел седлать коня в конюшню, чего никогда не делал? Да и Изабо, и остальные слуги, которые не столько горевали, сколько делали вид. Получалось, что все обитатели его особняка были в курсе, что с Элисой все в порядке. Все, кроме него самого.


- Уму не постижимо! – вздохнул герцог, на секунду прикрывая глаза рукой. – Ты была так близко от меня и даже не сообщила, что жива.

- Не ругай ее, Росио, - улыбнулась Арлетта. – Элисабета порывалась тебе написать, когда узнала о произошедшем на Барсинском тракте взрыве, но мне пришлось ее остановить.

- Но почему? – Рокэ посмотрел на графиню.

- А ты смог бы удержаться и не приехать сюда? – ответил на его вопрос вопросом Лионель.


Герцог на секунду задумался.


- Нет, конечно. Я бы сразу приехал.

- И тем самым открыл всем, кому не надо, что герцогиня жива и где она скрывается, - снова заговорила Арлетта.


Рокэ мысленно себя стукнул. Ну конечно, как можно было об этом не подумать…


…Рассказ о произошедшем вчера вечером в дворцовой часовне и вовсе привел Первого маршала в почти шоковое состояние. Чтобы король показал себя королем, а не мямлей, должно было произойти нечто экстраординарное.


- Думаю, Его Величество больше всего разозлило его сравнение с беленым тюфяком, - усмехнулся Лионель.

- Мне кажется, он и так подозревает об этом своем прозвище, - Рокэ отпил из бокала «крови».

- Подозревать – одно, а вот слышать, да еще и из уст супруги, это более, чем неприятно, - граф помолчал. – Кстати, вам с эрэа Елизаветой теперь предстоит решить, что делать с Иолантой Манрик.

- В смысле? – герцог вскинул бровь.

- В смысле, король и супрем решили, что судьбу бывшей фрейлины бывшей королевы будете решать вы, как пострадавшая сторона, - Лионель перевел взгляд на Элису, и Рокэ крепче прижал к себе жену, которую во время всего разговора обнимал за плечи. – Эрэа, прошу вас хорошо взвесить ваше решение. Ни Его Величество, ни Вальтер Придд не будут его оспаривать.


Девушка повернулась к супругу, и мужчина увидел в ее глазах нерешительность.


- А где она сейчас? – спросил он Савиньяка.

- В Багерлее, в камерах для благородных, - отозвался тот. – И пробудет там столько, сколько будет необходимо.

- Ну, дорогая, решай, - Рокэ погладил свое сокровище по плечу.


Элиса перевела взгляд на свой бокал «слез».


- Я не знаю, - тихо ответила она через минуту раздумий. – Мне сложно вот так сразу…

- Думаю, девице Манрик пойдет на пользу несколько дней в тюрьме, - герцог коснулся поцелуем виска девушки и повернулся к Лионелю. – Ведь так?

- Она же не в карцере и не в нижних камерах, - пожал плечами граф. – Ничего с ней не случится за это время, а там, глядишь, и остальные Манрики присмиреют, а то всё лезут куда ни попадя.



***

За беседой время пролетело незаметно. Лионель едва сдерживал зевки. Спать хотелось безумно, но мужчина решил, что задерживать гостей не дело, а выспаться можно и потом.


Когда Росио и Элиса, счастливые обретением друг друга после такой сложной разлуки, уехали на улицу Мимоз, Савиньяк еще долго смотрел на закрывшиеся ворота, стараясь унять свое внезапно дрогнувшее сердце.


За то время, что герцогиня жила в его доме, Лионель почти поверил, что у него есть шанс занять место в ее сердце. И даже хотел пойти к ней и объясниться. Но в последний момент его что-то останавливало. Сегодня же ему стало окончательно ясно, что Элиса не станет его, пока рядом есть Росио. И не потому что тот герцог, властитель Кэналлоа, Первый маршал и прочая-прочая. А потому, что их действительно связывает любовь, возвышенная, вдохновенная.


- Твои чувства к Элисе по-прежнему не дают тебе покоя? – Арлетта вынырнула у Лионеля из-за спины, заставив его вздрогнуть.


Мужчина грустно усмехнулся.


- Это не имеет значения, - сказал он, поворачиваясь к матери. – Вы же видели все сами.

- Да, - женщина таинственно улыбнулась. – Но это не значит, что ты не найдешь свою Элису рано или поздно.

- Другой такой нет, - Лионель почувствовал, что при этих словах сердце его сжалось.

- Ну раз так, вспомни историю Раймонды и Алонсо. Возможно, на этот раз история сложится наоборот, - Арлетта похлопала его по руке и удалилась в особняк.


Граф же остался стоять на крыльце, обдумывая последние слова матери. Действительно, ведь никто не знает, что скрывает от них грядущее.

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.