Наемник
Ему всех гурий, прикрепленных к раю,
Пообещал английский офицер,
Он разрядил свой ржавый револьвер,
Упал в траву и крикнул: «Умираю!».
Но сторожа неколебимых стран
Сказали: «Ранен!» – и уселись рядом,
И дрогнул под забрызганным прикладом
Сожженный поцелуями Коран.
И за стеною камеры – покой,
Наполненный обещанной наградой,
Владеет чернокрылою цикадой
Здесь гурия с накрашенной щекой.
Вода и хлеб – как магометов плов,
И он сидел, нагнувшись над едою,
Пока начальник с дымной бородою
Не произнес давно известных слов.
Толмач отрезал прямо: «Умирай...»
Он вытер губы в ожиданье чуда.
Был упомянут строчкой «ундервуда»
Он в синих списках на отправку в рай.
1929
Владимир Марков
Other author posts
Соседка
Хороша была соседка К ней я хаживал нередко, Помогал ей сеть плести;
Кинематограф «Хива» Год 1920-й
И толпа по-своему права – Подавай ей громкие картины, У кинематографа «Хива» На плакатах скачут бедуины
Велимир Хлебников в казарме
Растет поэмы нежный стебель, Запретный теплится огонь В казарме, где орет фельдфебель И плачет пьяная гармонь
Кастраторы быков
На протяженье множества веков Никем еще доныне не воспеты Суровые кастраторы быков – Невольные бродяги и поэты