А здесь жила Петрова

А здесь жила Петрова. Не могу

припомнить даже имени. Ей-Богу.

Покажется, наверное, что лгу,

а я — не помню. К этому порогу

я часто приближался на бегу,

но только дважды… Нет, не берегу

как память, ибо если бы помногу,

то вспомнил бы… А так вот — ни гу-гу.

Верней, не так. Скорей, наоборот

все было бы. Но нет и разговору

о чем-то ярком… Дьявол разберет!

Лишь помню, как в полуночную пору,

когда ворвался муж, я — сумасброд —

подобно удирающему вору,

с балкона на асфальт по светофору

сползал по-рачьи, задом-наперед.

Теперь она в милиции. Стучит

машинкою. Отжившие матроны

глядят в окно. Там дерево торчит.

На дереве беснуются вороны.

И опись над кареткою кричит:

‘Расстрелянные в августе патроны’.

Из сумки вылезают макароны.

И за стеной уборная журчит.

Трагедия? О если бы.