Дом

Дом - домсемьялюбовьпредательствородина

Рельсы, рельсы, горы, горы, за окном давно темно.

Едет, едет поезд скорый из глубинки, как в кино.

Шпалы словно разделяют времени нестройный бег.

Женщина немолодая из окна глядит на снег.

В отблесках луны холодной словно слепит синева,

И ложится снег на окна, как на волос седина.

Над прекрасною Россией звезды, золота полны,

Ветер веет с новой силой, гонит лунные челны.

То утихнет, то завоет, словно за душу берет!

А старушка улыбнется и тихонечко вздохнет:

- Да, что было – это было. И назад дороги нет.

Ко всему, что сердцу мило, заметает вьюга след…

Поезд к станции подъехал, оживленный шум на ней.

И в купе вошли со смехом пять молоденьких парней.

Как один: в военной форме, стать и выправка видны.

- Ох, ребятки, ну и холод! Не видал такой зимы!

Принимай соседей, мама! Вместе ехать далеко.

Отодвинулась, привстала, старое прижав пальто…

- Ну, сыночки, проходите. Будем чай горячий пить.

Сухари, если хотите. Чем еще Вас угостить?

- Ну спасибо, мать, продрогли, хоть и стыдно признавать.

Приходилось видеть много, нас учили выживать,

Снег в крещенские морозы до костей, проклятый, жжет!

Вынести не каждый сможет, разве кто в снегах живет!

Вместе громко рассмеялись и расселись по местам.

Ели за окном качались и махали поездам.

- Ну подумаешь, «морозы». Городские все, небось?

Всех сейчас машины возят. Ну а если сесть на воз

И поехать в лес дровишек на недельку нарубить?

Ведь в любую непогоду печку нужно истопить.

Вот у нас в деревне холод, что от ветру дом дрожит!

Дом…что был так сердцу дорог. Что теперь уж говорить.

Губы тут же задрожали, и мелькнула боль в глазах.

Руки еще крепче сжали то пальто, что все в слезах.

- Ну да ладно, мама, будет! Что-то вспомнилось? И пусть!

С нами веселее будет, от себя гоните грусть!

Снова ночь скользнула в окна, стих в вагоне гам и смех.

Лишь один солдат неловко шепотом спросил у всех:

- Спите, братцы? – нет, ни слова. Еле слышно, как храпят.

Лишь негромкий слышен голос: - Что ты, ну конечно, спят.

Только мне одной не спится, мысли, старой не дают.

Не с кем даже поделиться, что в столице меня ждут

Сын с невесткой, внуку годик. Дотерпеть бы до утра,

Ведь не виделись мы долго…Ну а дом я продала.

Мне не жалко ни копейки для сыночка моего!

Продала. Зашила деньги в это старое пальто…

Ничего. Приеду в город, посмотрю на новый мир,

Сашеньку увижу снова, он при части командир.

- Как фамилия, скажите? – приподнялся вдруг солдат.

- Саша Солнцев. – Солнцев? Сашка?! Ну и ну! Вот это да!

Мы ведь вместе с ним служили! С ним в разведку, хоть куда!

Вместе много пережили. Было время…Вот жена…

Вдруг умолкнул и запнулся. – Что жена? Ну, говори?

Парень грустно улыбнулся, что-то дрогнуло внутри.

- Вы вот знаете что, мама, я хочу Вас попросить:

Постарайтесь им сначала про пальто не говорить.

Вы скажите – обокрали, что, мол, нету ничего.

Если я не ошибаюсь, то откроется Вам все…

Рельсы, рельсы, вот и город, вот и станции значок.

И встречают на перроне сын с невесткой и внучок.

Слезы радости от встречи мать не может удержать.

- Наконец-то все мы вместе! Ну чего еще желать!

Не проходит и недели, сын с женою мать зовут,

Говорят ей, не краснея: - Поразмыслили мы тут.

В общежитии при части нелегко нам и втроем.

Прояви свое участье, ты же продавала дом.

Будешь с нами жить в квартире, если деньги нам отдашь,

Здесь ютиться нету силы, ты пойми уж верно нас.

По-простому, без оглядки, захотелось ей сказать,

Что, конечно, ей не жалко, что готова все отдать!

Только вспомнила солдата, что давал ей свой совет.

И сказала виновато: - Знаешь, Саша, денег нет.

Ведь меня обворовали, путь был долог и непрост.

И супруги, задыхаясь, ей устроили допрос:

- Как могла?! Совсем без денег?! – Говорила, не зови!

А теперь нам что всем делать? Как мы жить теперь должны?!

Уж ее не замечая, все вели супруги спор.

А она тихонько встала, щелкнул на двери затвор.

Шла, от горя задыхаясь, тихо кутаясь в пальто,

И, слезами заливаясь, не могла понять, за что?

Так ли сына воспитала? И куда теперь идти?

Но на станции вокзала жизнь плела свои пути…

Люди с поезда сходили, разбредаясь, кто куда.

Уходили, приходили, задыхаясь, поезда.

Стало в жизни все иначе. Как обиду превозмочь?

- Мам, смотри, бабуля плачет! Может, надо ей помочь?

Подошли к старушке двое и девчушка, лет пяти.

- Что случилось? Что такое? Вас до дома провести?

Боль виски сдавила звонко. Как чужим ей объяснить?

И сказала лишь негромко: - Мне, ребятки, негде жить.

Не прошли. Остановились. И позвали на обед.

И допросов не чинили. – Ну и что, что денег нет!

Вы у нас переночуйте, а назавтра все решим.

И не плачьте, не волнуйтесь, будьте гостем дорогим!

Не спала всю ночь. Смотрела за оконное стекло.

Городская жизнь шумела, дворик снегом замело.

В кухню девочка скользнула, глазки – чище, чем хрусталь.

И сказала вдруг: - Бабуля, на ночь сказку прочитай?

Новый день пришел, стесняясь, освещая все кругом.

- Знаете что, оставайтесь! Будет помощь нам во всем!

Места хоть совсем немного, есть, что есть, и где поспать.

Будет Вашею работой нам с дочуркой помогать.

Город, город, в шумном мире времени безумный ход.

Где-то в маленькой квартире счастливо семья живет.

Исчезая незаметно, пролетел за годом год,

Но и новым переменам вновь приходит свой черед…

- Мама, принимайте гостя! Из деревни, наконец,

Мой отец приехал в гости! Представляете, отец!

Ведь его приехать в город нелегко уговорить,

Внучку не узнает скоро, только этим и грозить!

Долго, долго говорили о судьбе и о делах,

Жизни как свои прожили оба в дальних деревнях.

Как по лету пахнет лугом, наряжаются поля,

Как под вывернутым плугом поднимается земля.

Как в садах цветут деревья, ветер веет, свеж и чист,

И как песни по деревне распевает гармонист.

- Не сравнится, безусловно, это с жизнью городской!

Ты вот знаешь что, Петровна. А поехали со мной?

Будем вместе мы в деревне свои годы доживать,

Надо, стало быть, тебе мне свою руку предлагать!

- Ну и ну! Вот скажешь тоже! Я свое уж пожила.

Я нужна теперь Сереже, Тане, Светочке нужна.

- Мама, Вы нам помогали. Стали нам совсем родной.

Нам дочурку воспитали, стали мы одной семьей.

Ну конечно поезжайте! Там ведь все, что мило Вам!

Только чаще приезжайте, приезжайте в гости к нам.

День прощанья наступает. Стол накрыт. – Прошу всех в зал!

И Сережа объявляет: - Мама, я гостей позвал!

- Ну а я пальто купила, хоть и против были Вы.

Старое совсем сносилось, только латочки, да швы!

В зал вошли и сели двое, пряча, вдруг, свои глаза.

«Ох! Ну надо же такое!» И из глаз бежит слеза.

Быстренько ее смахнула, даже виду не подав,

Ведь родной ее Сашуля сделал вид, что не узнал.

- Что же, гости дорогие, расскажите о себе.

Как живете в этом мире, и работаете где?

Вы простите уж старушку, любопытство – скверный тон.

Что ж не взяли вы Витюшку? – Мама, хватит! С няней он…

- Мама? Как? О ком ты, Саша? - приподнялся тут Сергей.

- Пусть он сам тебе расскажет. Ну, сыночек, не робей!

Что ж молчишь? Скажи хотя бы, что пытался разыскать.

Вот теперь могу я правду обо всем вам рассказать.

Как к сыночку я спешила, как свой домик продала,

Как про деньги утаила и как встречи я ждала.

Как со мною поступили, лишь поняв, что денег нет.

Как чужие приютили, как позвали на обед.

Уж теперь скрывать не буду. Ведь что было – было то.

Скоро ехать нам отсюда. Светочка, подай пальто.

Нет, не то пальто, другое, что так крепко берегла.

Что всегда, везде со мною. В нем все то, что нажила.

Шовик разорвав руками, выгнув маленький росток,

Вдруг сказала со слезами: - Ты, Сережа, мой сынок!

За любовь, заботу вашу, все, что было отдаю.

Ну а на тебя, мой Саша, я обиды не таю.

Вот и свиделись с тобою. Хоть душа моя болит,

Я скажу тебе простое. Пусть Господь тебя простит…

Рельсы, рельсы, горы, горы. Время ускоряет ход.

Мчится, мчится поезд скорый и к родным местам везет.

И под чистым небосводом уж видны и дом, и сад.

А в купе, забыв заботы, двое из окна глядят.

Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.