IMG4/30401602871190


Алефтина Пугачёва Королева Советской Эстрады, сегодня давала сольный концерт по случаю наконец-то завершившегося бурными нескончаемыми аплодисментами XXIV Съезда Коммунистической Партии эСэС. Леопольд Ильич Брешнев, Генерал-Секретарь ЦэКа, после обильного ужина расположился в правительственной ложе Кремлёвского Дворца Съездов и ожидал начала концерта.


Первым на сцену после поднятия бордового велюрового занавеса вышел хор имени Народного Артиста эСэС Лауреата Шнобелевской Премии Трактирского-Пятницкого с песней «Гармонь взывучая». Леопольд Ильич сверился с программкой, посмотрел в театральный цвета слоновой кости бинокль на костюмы, счастливые лица выступающих и стал хлопать. Это обозначало, что песню пора сворачивать. Трактирский-Пятницкий после второго куплета махнул руками, как коршун крыльями, и хор в количестве девяноста девяти человек замер на сцене, не шевелясь, по-ревизоровски. Зал аплодировал, стоя.

Сначала певцам, затем повернулся к Генерал-Секретарю и продолжил хлопать уже ему. Леопольд прослезился. Какой он, однако, меценат. Такого хора нет ни в одном западном театре. Даже в Миланском «Ла Скала» и то девяносто восемь человек. Да и петь там толком не умеют. Ну что у них за репертуар? Кроме Верди и Россини они больше ничего и не знают. А у нас, как Лебедев, так Кумач, как Дунаевский, так Исаак, как Трактирский, так Пятницкий. Следующим номером программы был выход на сцену Ансамбля Казачьей Пляски имени Поднятой Целины. Казаки вывалились на сцену прямо в седлах на лошадях, и так как площади на подмостках им не хватало, они пустились в пляс по проходам между рядами. Это было похоже на цирковое представление. Леопольд Ильич даже умудрился погладить и потрепать за гриву накупанного красного коня в крупных серых яблоках, так уж ему сильно понравился этот парад-алле. 


Занавес опустили, и Делегаты бросились в фойе за бутылочным жигулёвским пивом. Набирали целыми сетками. Оленевод с Чукотки по имени To Cё взял целых два ящика и поставил в проходе на ступеньках, создав в зале дополнительную сутолоку. 


Работники сцены из-за звона бутылок не услышали боя Кремлёвских Курантов, и Алефтина Борисовна начала петь пока что ещё при опущенном занавесе. Наконец-то велюр подняли, и публика ахнула. Королева была в прозрачном гипюровом балахоне, а на голове её возвышалась Большая Российская Императорская Корона в жемчугах и бриллиантах, взятая напрокат в Гохране ЭсЭс. «Всё могут короли, все могут короли», - пела Звезда Советской Сцены. Леопольд Ильич представил в этот момент себя Всероссийским Императором, сидящим в царской ложе Мариинского Театра, а Алефтину не какой нибудь там эмигранткой Вишневской-Растроповской, а как минимум Царицей Водевилей Варварой Асенковой. А что же ещё могут короли? Рассуждал у себя на уме Генерал. Алефтина вся просвечивалась вплоть до нижнего белья, а Леопольд Ильич уже начал ёрзать в кресле. Неплохо было бы после концерта устроить банкет в честь Королевы. Цветочков подарить в корзиночке. Шампанское, чтобы Советское, чтобы Ростовское, чтобы полусладкое, как женское бедро гладкое. А там видно будет. Алефтиночка, она женщина умная, сама должна все понимать. С кем имеет дело. Империя-то до самой Чукотки, до Курил простирается. А Император кто? Он. Леопольд Ильич Второй. Самодержец Всея Руси. Царь Казанский, Астраханский, Бурятский и Якутский. Не халям-балям. 


В костюме арлекина Пугачёва выглядела не так эффектно, но Леопольда было уже не унять. Он дал задание Серому Кардиналу Сусликову по окончании песни сходить за кулисы и передать устный комплимент, а заодно и ангажемент на ночные танцы при свечах.


Получив принципиальное согласие Актрисы, Леопольд после концерта поджидал её в условленном месте возле Царь-Колокола на своём правительстве венном «ЗиМе».


Водитель Леопольда Тимофей Отвёрткин жал на все педали. Так что доехали по ночной дороге в Орехово-Горохово на Брешневскую Дачу довольно скоро. Но тут оказалась неувязочка. Галка, Дочка Леопольда, со своей пьяной компанией во главе с мужем Министром Милицейских Дел Виктором Щёлоковым уже оккупировала дачу, и магнитофонный шум разносился по всему Горохово.


«Облом, Леопольд Ильич», - обрадовалась Алефтина, потому как целый день была на ногах: с утра репетировала, а вечером концерт. Да и не нравился ей этот мужик. Напился в дороге Ростовского и несёт всякий бред про какую-то Малую Землю, где у него, якобы, имеется ещё тайный холостяцкий угол.


Въезжали в Москву уже под утро. Генерал-Секретарь, обняв охапкой ноги Алефтины и похрапывая, спал, а Королева гладила его по голове, как котёнка, который нализался из миски молока и, мурлыча, задремал на коленях у хозяйки.


© Сергей Шиповник, роман "Экстракт любви", избранное.

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.