Вход воспрещается


«Вход воспрещается» — как часто надпись эту

Встречаешь на вратах, где хочешь ты войти,

Где входят многие, тебе ж, посмотришь, нету

Свободного пути!

Там — кабинет чудес, там — редкостей палата!

Хотел бы посмотреть! Туда навезено

Диковин множество и мрамора, и злата, —

Пойдешь — воспрещено!

Там, смотришь, голова! Прекрасной мысли, знанья

Ты пробуешь ввести в нее отрадный свет —

Напрасно! Тут на лбу, как на фронтоне зданья,

Отметка: «Впуска нет».

А там — храм счастия, кругом толпы народа,

Иные входят внутрь, ты хочешь проскользнуть,

Но стража грозная, стоящая у входа,

Твой заграждает путь.

Ты просишь, кланяясь учтиво и покорно,

Ногою шаркая, подошвою скользя:

«Позвольте!» — А тебе настойчиво, упорно

Ответствуют: «Нельзя».

Нельзя! — И мне был дан ответ того же рода.

Нельзя! — И, сближены нам общею судьбой,

О Гебгардт, помнишь ли, тогда в волнах народа

Мы встретились с тобой?

«Да почему ж нельзя? Проходят же другие!» —

Спросили мы тогда, а нам гремел ответ:

«Проходят, может быть, да это — не такие, —

Для вас тут места нет.

Вы — без протекции. Вы что? Народ небесный!

Ни знатных, ни больших рука вам не далась.

Вот если было бы хоть барыни известной

Ходатайство об вас!

Просили бы о вас пригожие сестрицы,

Колдунья-бабушка иль полновесный брат!

А то вы налегке летите, словно птицы, —

Назад, дружки, назад!»

«Что делать? Отойдем! Нам не добиться счастья, —

Мы грустно молвили, — златой его венец

Нам, верно, не к лицу. Поищем же участья

У ангельских сердец!»

Идем. Вот женщина: открытая улыбка,

Открытое лицо, открытый, милый взгляд!

Знать, сердце таково ж… Приблизились — ошибка!

И тут ступай назад!

«Вход воспрещается», задернута завеса,

Дверь сердца заперта, несчастный не войдет,

А между тем туда ж какой-нибудь повеса

Торжественно идет.

Полвека ты дрожал и ползал перед милой,

Колени перетер, чтоб заслужить венец,

Молчал, дышать не смел, и вот — с последней силой

Собрался наконец.

«Позвольте, — говоришь, — воздайте мне за службу!

Мой близок юбилей». — «Не требуй! Не проси! —

Ответят. — Нет любви, а вот — примите дружбу!»

— «Как? Дружбу? — Нет, merci!

Не надо, — скажешь ты, — на этот счет безбедно

И так я жить могу в прохладной тишине,

Холодных блюд не ем, боюсь простуды, — вредно

Мороженое мне».

Дивишься иногда, как в самый миг рожденья

Нам был дозволен вход на этот белый свет

И как не прогремел нам голос отверженья,

Что нам тут места нет.

Один еще открыт нам путь — и нас уважат,

Я знаю, как придет святая череда.

«Не воспрещается, — нам у кладбища скажут, —

Пожалуйте сюда!»

На дрогах нас везут, широкую дорогу

Мы видим наконец и едем без труда.

Вот тут и ляжем мы, близ церкви, слава богу!..

Но нет — и тут беда!

И мертвым нам кричат: «Куда вы? Тут ограда;

Здесь место мертвецам большим отведено,

Вам дальше есть места четвертого разряда,

А тут — воспрещено!»

Февраль 1857

Вы можете поставить посту от 1 до 50 лайков!
Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.