Я всегда твердил, что судьба - игра (центон для Т.)


Я всегда твердил, что судьба — игра,

что аптека, ночь, ледяная рябь

отданы французу отнюдь не даром,

что иронии свойственно лёгким паром

провоцировать страсть к перемене мест,

что любить — довольно тяжёлый крест,

даже если любимая без извилин,

что без Мекки нет повода к пилигримам,

что широкий онегинский боливар

разлучает в неделю шестнадцать пар,

но не действует более на Татьяну,

что девицы готовы отдать Салтану

всё — от чести до жрачки и полотна,

что от песни про «Ты у меня одна»

сокращаются где-то в груди волокна,

что в Москве не всегда погашают окна,

что я волком бы выгрыз бюрократизм,

что в театре задник важней кулис

и актёров, играющих из Шекспира,

что короткий плащ, шапокляк, рапира —

атрибутика истинного шута,

что поэзия, в целом, давно не та —

вся украдена — нами, и даже раньше,

что она состоит в основном из фальши,

как фальшивый заяц — из кабачка,

что десятке туз не даёт очка,

потому что приходит немного позже,

что поёт баян «О любви…» прохожим,

и качается полупустой вагон,

что пора не идти, а бежать бегом,

укрываясь — тщетно — от командора,

что стихи растут из такого сора,

превращаясь в изысканное вино,

что центон — это очень крутое, но

не всегда понятное без прелюдий,

но видать, такой мой удел верблюдий —

доказать, что поэт, а не хрен с бугра.

Что поделать, если судьба — игра.


Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий