Лиса и петух


Зачинается, починается хорошая сказка, добрая повесть не от сивки, не от бурки, не от верного каурки, не от молодецкого посвисту, не от бабьего покрику.

Это не сказка, а присказка, сказка будет впереди.
Шла лисица на боярский двор, хотела съесть из телятника теленка, из курятника куренка, от овцы ягненка, от свиньи поросенка.
Вор-петух лису увидал, крыльями-перьями замахал и запел – на весь двор зашумел.
Весь народ сбежался: старые старухи с лопатами, с ухватами; старые старики с топорищами, с коромыслами; малые ребята с мутовками, с колотовками – хотят лису бить.
Насилу лисица убралась, убежала в лес, под ольховый куст пала и три дня там пролежала.
Вот петух пошел в чистое поле, взлетел на высокое дерево, сел и сидит.
А лисица отлежалась, пошла по чистому полю.

Идет возле того дерева, взвела око ясное, видит – сидит петух.
– Что, вор-петух, по своей ли охоте летаешь или за нами, зверями, наблюдаешь? – Э, мать-лисица!

Я по своей охоте летаю, ни за кем я не наблюдаю.
– Что, вор-петух!

Без покаяния на высоком дереве погибнешь.

Слезь да покайся, много ли у тебя грехов на душе.
Тут петух умилился, стал спускаться с ветки на ветку, с сучка на сучок, с пенька на пенек.

Спустился на землю и сел перед лисицей.
Лисица к нему подбегала, крепко петуха в когти хватала, крылышки-перышки расправляла, начала трепать да приговаривать:
– Что, вор-петух!

Когда мне была крайняя нужда, когда я была голодна, к богатому боярину шла, хотела что-нибудь съесть, много ли бы у него убыло?

А тогда ты первый горло драл!

Петух на то сказал:
– Э, мать-лисица, княгиня-государыня!

Тебя люди знают, купцы да бояре почитают, шубки из тебя шьют и по праздникам носят.

А мое дело маленькое: у одного хозяина живу – двум не служу. – Вор-петух!

Не строй лясы!

И пуще стала петуха трепать.

Петух опять:
– Э, мать-лисица, княгиня-государыня!

Вот у тебя буду жить и тебе верой-правдой служить!

Будешь ты просвиры попекать, а я буду просвиры продавать да песенки попевать.

Пойдет про нас слава добрая…
Лисица и приослабила когти.

Петух вырвался да взлетел повыше на дерево:
– Э, мать-лисица, дорогая боярыня-просвирня, сладки ли твои просвиры?

А не хочешь ли орехов?

Не выломай зубов!

Упустила лисица поживу и пошла прочь несолоно хлебавши.

Комментарии
Вам нужно войти , чтобы оставить комментарий