Все сотни стихов «Параномики» объединяла одна простая вещь. Все они были ответами. Ответами, переразвитиями, возражениями другим поэтам. Да и собственно говоря, не только поэтам. Писателям, драматургам, философам. Мифам... Архетипам... Ситуациям... От древности до наших дней.

     Термин «Параномика» появился тогда же, когда появились чекомазовисты и чекомазоведы, а также чекомазовские семинары и чекомазовские чтения, в общем, все то, что сам Игорь называл «мозгодрочительной поебенью».

     Да и свою «Параномику» он сам называл по-другому... Он называл это просто... Простым русским словом «навеяло».

     Вот один из ранних примеров такого творчества.


Байрон ты или не Байрон

Если честно, всем насрать,

Ведь дыханья вечной тайны

Им тебе не передать.

***

Да, нельзя не согласиться,

В хлам задрочен Чайльд-Гарольд.

Если курица не птица,

То и герцог не король.

***

Пресловутой синей птицы

Не прельщал тебя обман.

Пыль дорожная клубиться,

Перманентно пуст карман.

1981


     Несложно догадаться, что это посвящено русскому поэту Михаилу Юрьевичу Лермонтову. А вот посвящение японцу – Аракида Моритакэ.


Упавший лист взлетел на ветку.

Мадам, позвольте сигаретку?

Не заставляйте лезть из кожи,

Ведь это бабочка, быть может.

Из тенет благородной лени

Едва уйти. Закован пленник,

И звон пленительных цепей -

Не суть. Могло быть и сложней...

***

Убогое мое хозяйство...

Чудной цинизм и распиздяйство

Всему виной. Синеют дали.

Похоже, мы опять просрали

Все то, что можно было.

И дворник курит опостыло,

Метя опавшую листву,

И мимоходом о чем-то грезит наяву.

1982


     Нашлось место и великому Шекспиру.


Вопросу: быть или не быть?

Отвечу я: Не быть. А это значит,

То, что судьбой отведено, прожить

Без страха, без оглядки. Пусть поплачет,

Склонившись надо мной, уставший Бог...

Не быть! Не быть еще сильнее...

Меня к себе он вытащить не смог...

Не быть! И безнадежней, и больнее...

***

Не ладно что-то в датском королевстве,

Изрядно всем все это надоело.

Закон суров, и в этом действе

Преобладает он. Такое дело.

Без череды лихих смертей,

Но не без доли драматизма,

Процесс идет. Молчит злодей,

А гений занят онанизмом.

1986


     Далеко не всегда объект «Параномики» находится на поверхности. Довольно часто неискушенный читатель и не подозревает кому или чему посвятил свое произведение поэт. Вот достаточно характерный пример.

Забыв унылые года


С сумою за спиной, которая полна

пустых кошмаров и забот,

ленивый грязный идиот,

в порыве смеха окаянном

И в тихом упоеньи странном,

За счастьем он летел, как пуля,

Не зная, ДЛЯ КАКОГО ХУЯ!!?

1987


     Только самые опытные чекомазоведы в курсе, что на написание сего опуса поэта вдохновило стихотворение Александра Сергеевича Пушкина «Я помню чудное мгновенье...».

     Вершиной «Паратезиса» заслуженно считаются легендарные «Истуканы».


На барахолках, в овражках,

в борделях и даже в сортирах,

в маленьких каталажках,

и прямо в стрелковых тирах,

***

В прахе и в тлене прямо,

на Этне и на Фудзи-Яме,

Из звездного света сотканы,

Под небом стоят истуканы.

1988


     Долгое время Игорь Чекомазов не мог закончить своих «Истуканов». В оное время он даже считал, что это сделать совершенно невозможно, так как это касается слишком высоких материй...

     - Эта хуйня посложнее будет, чем «Фауст» Гете – говорил он.

     Тем не менее, через три года Игорь закончил «Истуканов». Он посчитал, что сделал это слишком поздно, так как мир уже успел сойти с ума. Тем не менее, эти строки увидели свет. Вернее, это свет их увидел...

     Вот это продолжение...


Банальны они, нормальны,

Пресыщены и перегреты,

Внутри у них нету тайны

В душе у них нету света.

***

Пред ними молчат ураганы,

и зарева что-то гасит,

под ними тверды океаны,

и звон тишины им возгласит:

***

о том, что они не такие,

нет-нет, совершенно другие,

и непроглядно пустые,

и несомненно простые,

***

О том, что все это правдиво,

о том, что жизнь быстротечна,

она несомненно красива,

и лишь потому, что конечна

***

А, значит, не так уж глупо

не боятся ни Бога, ни черта.

...А, значит, еще доступна

дорога иного сорта.

***

И пусть открываются тайны,

И пусть набираются света.

Ведь это совсем не случайно...

Хотя, может, и не заметно...

1991


     Думаю, нет нужды говорить, кому посвящались эти строки...

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.