Лето. Вечер. Теплый ветерок слегка колыхал мою желтую и твердую от блевотины майку.

Я шел из продуктового магазина, где купил бутылку кефира и буханку хлеба.

Заглушать дурные мысли о предстоящем разводе водкой и дешевым коньяком было не лучшей моей идеей.

Хоть тошнота уже и почти полностью прошла, голова трещала.

А через неделю надо возвращаться на службу. Снова ловить наркоманов, бомжей и тех бедолаг, которые в сочетании хмельности и отчаяния решают ограбить пивной ларек. Что иронично, меня самого сейчас могут принять за бездомного или торчка.

Нет!

Не могу не думать о том, что послезавтра надо будет подписывать бумаги.

У меня просто не укладывается в голове, как можно прожить вместе почти пятнадцать лет и разрушить все это одной волнистой линией в графе “Подпись”.

БУМ!!!

Вдруг я услышал громкий хлопок с хрустом.

Я невольно обернулся на прозвучавший грохот и увидел такую знакомую картину: разбитое окно супермаркета, в котором проглядывалось несколько мужских силуэтов. Они судорожно закидывали в спортивную сумку деньги из кассового аппарата, вероломно погнутого об кафель. Мужики были одеты кто во что горазд: рваные футболки, грязные толстовки, старые кроссовки и затертые джинсы. В принципе, базовый набор для начинающих грабителей.

Так. У меня уже есть достаточно аргументов, чтобы выдавить из мякоток этих перцев все соки

Я перебежал дорогу и запрыгнул внутрь. Пакет с кефиром и батоном я предварительно положил у стены. После предстоящего мордобоя мне потребуется хороший перекус.

- Юпикаэй, ублюдки! – процитировал я Джона Макклейна.

“Ублюдки” обернулись и я получше их разглядел.

Пять человек.

Лица неприятные.

Трое были физически крепкие, четвертый слегка полноват, а пятый, наоборот, худоват.

Каждый делал свое дело: крепкие стояли рядом с вырубленной охраной, толстяк наполнял мешок с деньгами, а спичка с пистолетом сторожила у входа. Видимо, пистолет у них был только один, и тот решили отдать самом слабому из команды (толстяк хотя бы может весом придавить) и поставить его на шухер.

Я ударом ноги с разворота выбил из рук дрыща пукалку. Пистолет смачно ударился о кафель.

Тут разбойники очнулись и, как мне показалось, стали понимать, что происходит. К этому выводу я пришел, исходя из того, как лихо один из крепких парней замахнул на меня свой увесистый кулак.

ВЖУХ!!!

Бандюга нанес сильный рассекающий удар, от которого мне чудом удалось увернуться, сделав резкий кувырок вперед.

- Осторожней, здоровяк. – сказал я.

Я оказался зажат между полками с товаром. Компанию мне составили коньяк по правую сторону и конфеты по левую. Я бы, конечно, с удовольствием выпил бы первое, заедая вторым, но плохие парни, воспользовавшись ситуацией, закрыли мне выходы.

Повисло неловкое молчание, которое прервал один из бугаев позади меня.

Загудели кулаки и затрещали кости.

Я уже начал уставать, но и они тоже. Этим и воспользуюсь!

Я взял правой рукой рядом стоящую бутылку коньяка и с разворота шлепнул ей по голове ублюдку сзади. Бутылка разбилась. Осколки ее ярко блистали на свету.

Я получил в живот широкой стопой, из-за чего упал на спину. Чтобы встать, я оперся на руки и сделал мощный толчок вперед.

Таким образом, я прижался задом к молочке, отчего с полок попадали пакеты с молоком и творогом.

Мой взгляд вдруг зацепился на морозилки справа, где обычно хранят мясо и морепродукты.

Есть идея…

Я перебежал туда.

Один из разбойников побежал ко мне.

Так…

Мерзкая рожа высоко подпрыгнула, задрав ноги, развернулась и пробила ногой с разворота. Мне на секунду показалось, что я услышал свист.

Прогиб спины помог мне избежать вмятины в черепе.

Криминальная морда уверенно встала на ноги и сделала громовую вертушку. Его вытянутая острая стопа пронеслась в сантиметре от моего носа.

Черт! Из-за пота уже становиться тяжело видеть!

Уродливая трата кислорода и не собиралась останавливаться. Она, захлестнув голень, пробила коленом мне прямо в районе печени. Тренированные боксом и уличными драками руки сумели спасти мои печень и ребра.

Вот тут то я его и подловлю!

Кулаки мои несколько раз проехались по его лицу, потом руки мои опрокинули его спиной на морозилку. Стеклянная крышка разбилась вдребезги.

Осталось четверо.

Ко мне подбежал чувак с рассеченным виском. С его волос все еще капала половина моей месячной зарплаты. Глаза заряженными пистолетами целились в меня.

Гад резко взмахнул вверх ногой и ударил.

Мои руки в очередной раз спасли меня.

ТЫДЫЩ!

ИП “Синяки” в этом месяце будет иметь хорошую прибыль.

В глазах помутнело, но я устоял.

Чувствую себя куском замороженного мяса, которое Рокки мутузил голыми руками.

Стоп! Замороженное мясо?

Я нащупал руками холодильник за своей спиной. Вор уже замахнул на меня свой каменный кулак.

Его стальные пальцы и бритвенно острые костяшки приближались к моему опухшему лицу.

- ААА! – заорал бандит, пятясь назад.

Я заметил на полу мелкие капли крови.

Мои руки сжигал холод, который исходил из замороженной куриной грудки, которую я успел достать за секунду до того, как получил по морде.

Отрыжка общества посмотрела на меня своими округлившимися от удивления глазами.

Я бросил льдину в сторону и резво переметнулся.

Когда он резко встал в стойку, я понял, откуда взялась кровь – открытый перелом среднего пальца. Хах! Иронично.

Пока супостат не успел очухаться, я ему всадил в ухо с локтя и нанес мощнейший апперкот, от которого разбойник упал, смачно задрав ноги.

Стоит признать - челюсть у него крепкая. Будто столб фонарный ударил.

Осталось трое.

Я осмотрелся, чтобы выяснить, кому еще нужны мои тумаки.

Стоп, а где все?

Только недавно тут маячили на заднем плане: бегали беспорядочно и шептались.

А куда ведет эта дверь? Узкий коридор, уставленный коробками. В его конце виднелась подозрительно знакомая жирная туша.

Придется побегать немного.

Блин! В последний момент жирдяй проскочил в дверной проем, за которым располагается парковка.

На парковке стоял грузовик.

Со спортивной сумкой внутри.

Я что есть мочи помчался за этим чудом немецкого автопрома, но с каждой секундой оно набирало скорость.

Еще секунд пятнадцать, и мне его никогда не догнать.

Но, видимо, сегодня мне везет, так как задние дверцы были не закрыты и принялись раскачиваться с противным металлическим скрипом.

Сейчас у меня проскользнула мысль, что я скучаю по детям.

По жене…

Но потом с этим разберемся, ведь сейчас от меня сбегут Трус, Балбес и Бывалый.

Я прыгнул вперед и в воздухе зацепился за ручку дверцы.

Было тяжело, но я обеими руками удерживал ручку в то время, пока ноги елозили по асфальту.

Ситуация осложнилась еще и тем, что маршрут был, наверное, самым извилистым из всех возможных. Из-за чего меня шатало, как брелок на ключах.

Мои ладони скоро соскользнут.

Надо что-то решать.

Я узнал район: забрел сюда как-то по пьяни. И если мой проспиртованный мозг все правильно тогда запомнил, то вскоре будет крутой поворот.

Этим можно воспользоваться.

Нужно сосредоточиться.

Сейчас!

Двери при повороте сомкнулись, и мне удалось захватить ручку второй дверцы, но машина вдруг остановилась напротив какого-то заброшенного склада.

Из-за резкого торможения я сорвался с дверец и воткнулся в металлические дверцы.

Пока я поднимался, бандиты успели забрать с собой сумку и забежать в склад.

Что им там понадобилось, мне оставалось непонятным, но нужно закончить начатое дело.

Я устал, меня неслабо пошатывало, кроссовки стерлись и ноги страшно горели, но, когда я ухаживал за детьми, я уставал еще больше, поэтому это еще пустяк.

Вспомнил один случай. Как-то я не уследил за дочкой и, чтобы найти ее, поднял на уши весь отдел. А оказалось в итоге, что она просто спряталась в шкафу, где благополучно уснула. Тогда я сильно отхватил за это от жены. Но спустя годы мы вспоминали этот случай с улыбкой. Сейчас она спрячется в шкафу только в том случае, если пойдет по стопам отца и напьется в свой выпускной, до которого уже недолго.

Надеюсь она разрешит мне, старому пердуну, забежать на него и пропустить стопочку с нынешней молодежью.

Мои мысли прервал громкий грохот. Я обернулся и увидел, как последний здоровяк стоял напротив окна с металлической трубой в руках. Труба была настолько длинной, что он мог ее держать, широко расставив руки, словно шаолиньский монах боевой посох.

Он поднял ее высоко вверх и начал крутить. Его руки двигались быстро, как лопасти вертолета.

От этого мне стало как-то не по себе.

А когда он выставил ее вперед, словно копье, то передний конец завибрировал и издал приятный металлический звон.

Ноги стали подкашиваться.

Но я не могу его лицо оставить чистым, поэтому нужно взять себя в руки.

Он сделал решительный выпад вперед и сделал хлесткий удар. Я пригнулся, сумев избежать мощной пощечины. Все же только жена имеет право бить меня по лицу и только тогда, когда я прихожу домой пьяный и без денег. Точнее, приходил…

Наверное, я тоже виноват в том, что наши с ней пути разошлись. Она, конечно, выносила мне мозг, но у нее на то были причины: она и без того творческий человек со сложным комплексом личных переживаний, так еще и без работы осталась. Мне стоило быть умнее. А в тот день нужно было просто улыбнуться и сказать: “Хорошо, я исправлюсь.”.

Хех! И почему умные мысли приходят только тогда, когда мне грозит страшная опасность?

Мой противник решил поиграть в волчок и закрутился, выставив палку вперед. Периодически он приподнимал и опускал палку.

Он вынудил меня прижаться к стенке. Еще чуть-чуть и мне нечем будет распивать хмель и спирт.

Надо предпринять какие-нибудь меры.

Есть одна идея, но это будет больно.

Других, к сожалению, нет.

Еще один оборот и удара не избежать.

Пора...

БАЦ!

Я получил обжигающий удар по ноге, которой я закрыл бок. Теперь вся нога горит, и на штанах появились стильные порезы.

Но план сработал так, как я планировал – здоровяк остановился и у меня появилась возможность нанести ответный удар.

Чтобы он не начал вторую серию, я нанес максимально сильный удар ногой с разворота, который лишил его равновесия.

Когда он встал, то я не побрезговал еще и ударить ногами в прыжке. Вот тут я понял, что чуток переборщил, ведь он, разбив стекло, вывалился из окна. Благо, внизу стояла мусорка, которая смягчила падение.

Подозреваю, что с него на сегодня хватит.

Дело почти сделано. Осталось только позвонить в полицию, получить выговор за драку и уйти довольным восвояси… думал я, пока не увидел над своей головой деревянную доску, которую держал щуплый бандит.

Он весь дрожал. С его волос и гладкого лба струился пот. Очевидно, что это был его последний отчаянный шаг.

Я пожалел его, поэтому не стал креативить и просто выбил из его рук злополучную деревяшку.

Но я не рассчитал количества смелости в его организме, ведь он с диким криком поднял свои крохотные, как песчинка, кулаки.

Мне не хотелось с ним драться, поэтому я крепко схватил его за шею и прижал к себе, чтобы он еще и себя не покалечил.

Он бил меня по спине. Долго бил. Стоить отдать должное его решимости.

Но позже обычная человеческая усталость все же взяла над ним верх, и он начал замедляться, пока не остановился совсем.

Я слышал его тяжелое, полное боли и страданий, дыхание.

- Только семью не трогай… – добрался до меня вдруг сиплый и дрожащий голос.

Ясно.

- Прошу, не трогай их! – продолжал он умолять меня.

- Даже пальцем не трону.

Я почувствовал, как его тело расслабилось. Мне не было больше смысла держать его. Я отпустил его. Он присел.

- Потерял работу?

- Да.

- А жена?

- Болеет.

- Понятно. Дети есть?

Он кивнул.

- Сколько?

- Трое.

- Мужик. У меня только двое.

Мы дружно засмеялись.

- Сколько мне дадут?

- Смотря за что.

Бедолага сник.

- Я выбью тебе условку и с работой помогу. У меня на севере знакомый есть, строительством деревянных домов занимается. Ему как раз рабочие руки нужны. Подкачаешься хоть заодно.

Он поднял голову и слегка порозовел.

- Я это делаю не ради тебя, а ради твоей семьи. - улыбаясь, сказал я.

Он устремил глаза куда-то в пол и улыбнулся.

Я вдруг понял, что совсем забыл про толстяка. Вряд ли он здесь, потому что он бы явно воспользовался моментом и расплющил бы меня своей исключительной массой.

Усталые ноющие руки я сунул в карман. Но необходимо еще позвонить и сообщить о том, что я заигрался в Джеки Чана.

- Алло. Полиция?

- Да?

- Лейтенант…

- Я узнал вас. Что в этот раз учудили?

- Прогуливался и услышал грохот неподалеку…. – так я ему рассказал все то, что сейчас произошло.

Услыхав в трубке недовольные вздохи, я убрал телефон (который чудом не разбился).

Когда я вышел из склада, то подошел к грузовику, в грязном отражении которого виднелась моя исцарапанная грязная рожа. Неделю не буду из дома выходить.

По неведомой мне причине я обернулся и приметил сидящего на полу бандита. Он был абсолютно неподвижен и покорно ждал своего судного часа.

Я поймал себя на мысли: даже он для своей семьи сделал больше, чем я. Да, его методы противозаконны и в некоторой степени аморальны, но психология семьянина устроена так, что для него семья превыше всего. Эти люди готовы пойти против закона и совести ради семейного благополучия.

А что все это время делал я?

Бухал и смотрел криминальные передачи.

Да, я поссорился с женой, но хотя бы детям мог бы позвонить или отправить СМСку.

А хотя…

Сколько времени сейчас? Телефон показывает час ночи. Зная ее, она, скорее всего, еще работает и будет работать часа два, а потом еще час будет читать очередную беллетристику.

Хмм… Часа через два и я буду дома.

Позвонить ей что ли, когда приду?


Группа: https://vk.com/kislayaproza

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.