Три бутылки рома - это норма

Для него ничто авторитет.

На любом погосте - он как дома

В фраке и очках стоит скелет.


Он один лишь может материться

Как на мертвых, так и на живых.

Он для нас и доктор, и убийца

Адекватный, но порой как псих.


Разозленный, он сигару курит

Вновь дитя в сырую землю лег.

Не успели обратится люди

К Лоа, что на кладбище живет.


Он плюет с высокой колокольни

На мирские слабости людей.

Был живой - а вот уже покойник

Слезы, гроб и с ним толпа друзей.


Вырыл ему с радостью могилу

Подношениям обрадован Барон.

У него невиданая сила

Может смерть убрать, как страшный сон.


Может и наслать врагу билонго

Порча быстро неугодных уберет.

Где - то там, в Заире или Конго

Он на кладбище сидит, и паству ждет.


И они несут ему сигары,

Ром, цветы, и режут черных кур.

А Барон Суббота идеален - 

Цинник, гробовщик и балагур.


Он смеется как никто над смертью

И к живым цинизмом пропитался.

Душу он как хочет, так и вертит

Вот опять несчастный испугался.


Подкрадется, громко захохочет

Но вреда особо не творит.

На погосте он себя ведет как хочет

Рядом с ним - жена. Маман Бриджит.


Двое духов. Двое мертвых Лоа

Охраняют тропы на тот свет.

Подношением - они порой довольны

Ведь Барон - известнейший эстет.


Он средь духов самый первый модник

Смерть приносит на конце иглы.

Наркоманы, алкоголики, уроды

От его руки покой в гробу нашли.


Вновь Барон смолит свою сигару

И хохочет, ухмылясь вдаль.

Вечность - что ж, она не идеальна.

Ну а время - не умеет ждать.


Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.