1 камень (иероглиф "Жэнь")

Здесь символично всё: вода, каменья, ветки! 

Их иероглифы наполнят мир теней, 

оттенки радуги взяв кистью из палетки, 

заставят говорить о красоте Твоей! 

Весь мир, как свиток Жэнь, исполнен благостыни. 

И источает нам он веденья плоды. 

Вот дар любви — семья — лекарство от унынья, 

где в «мы» воплощены два мира: я и ты. 

И два пути, стремясь к единой, общей цели, 

сливаются в стрелу, летящую во мгле! 

Полет не пресекут ни бури, ни метели, 

и след его не ляжет на земле. 

Лишь тишина любви не даст предлог молве, 

что сад камней таит в затейливой канве. 

2 камень (иероглиф "Синь") 

Что сад камней таит в затейливой канве, 

настырным взорам не увидеть всуе. 

Здесь шелест листьев заглушит навет 

и ветрогона мысли образумит. 

И Синь Небес проступит средь дерев, 

склонившихся в естественном поклоне. 

И сердце затрепещет, обомлев, 

когда увидит образ свой исконный! 

Ведь завязью любви осеменил всё логос, 

вложив в уютный мир гармонию свою. 

И сколь ни баламуть, растет здесь чистый лотос, 

И птицы поутру хваление поют! 

Поймешь ли ты, в глухой замкнувшись клетке, 

зачем же эту вязь выпестовали предки? 

3 камень (иероглиф "Вэнь") 

Зачем же эту вязь выпестовали предки? 

Ведь порастет быльем и поле, и дворец! 

Чтоб Вэнь усвоить всю, талант потребен редкий! 

Культурный тонок слой, ан, в нем пустой ларец? 

Но каждый новый род свершает подвиг тяжкий, 

на сердце выводя советы Кун Фу-цзы, 

Где ныне талый снег? Где завтра день вчерашний? 

Но в памяти веков бессмертны мудрецы… 

Кто словно лист впитал сверхчувственное знанье 

несет его, храня в своей душе навек! 

Ведь в ребрах дух живет и осеняет зданья. 

Но нужен ли так мир, коль мерзок человек? 

Неужто весь народ хранение отверг? 

Письмо, прочтя, сожгли, оставив лишь конверт?.. 

4 камень (иероглиф «Ти») 

Письмо, прочтя, сожгли, оставив лишь конверт?.. 

Исчезла сущность вмиг, и след ее растаял. 

Как тело воскресить? Какой взять амулет? 

Как мумии даст жизнь настой чудного чая? 

Но коль основа есть у гордых кряжей гор, 

но коль структура есть у крошечной цикады, 

нет смысла горевать, вступая с Небом в спор, 

наверное, есть шанс и для твоей монады? 

Неужто стану красть у собственной души? 

Неужто жизнь пропью по капле, по минуте? 

Баклуши с толком бить ведь можно и в глуши… 

Без сути не живут, уж вы не обессудьте! 

Ища просвет в себе для Истины неложной, 

забытый сад камней я обхожу тревожно. 

5 камень (иероглиф «Юн») 

Забытый сад камней я обхожу тревожно, 

пытаясь различить в нем логику вещей. 

Но в зарослях густых загадки шаг стреножат, 

и нет отбоя мне от ящериц и змей… 

Будь Юн ты или нет — заботам нет предела. 

И суета сулит тюрьму иль наготу… 

Куда стремится дух, идти не хочет тело. 

К чему склоняет плоть, душе невмоготу! 

Как иероглиф, вязь иных ветвей на фоне: 

то городских оград, то монастырских стен, 

долины, облаков, туманов и нагорий… 

Весь мир готов познать, как Тайны томный плен, 

меняющейся, но всё той же, новизны, — 

выглядывая в ней приметы, словно сны. 

6 камень (иероглиф «Чжи») 

Выглядывая в нем приметы словно сны, 

я вижу лишь себя, своё больное сердце. 

А в нем вопросов тьма: и сложных, и простых! 

И от ответов мне так никуда не деться… 

Но словом описать — не всякому под стать — 

всю полноту Небес, весь ужас Преисподней! 

Ведь Чжи не для чужих… Как этого не знать? 

«Что видишь, то и есть!» — Вот опыт непреложный. 

Хранитель от беды и личной встречи друг, 

доступный и мальцу, и юноше, и старцу, 

он отгоняет блажь, очерчивая круг… 

Круг жизни и судьбы… Пройти бы лишь мытарства! 

Да, в сердце ощутим мы повеленье Божье, 

но разгадать его почти что невозможно. 

7 камень (иероглиф «И») 

Но разгадать его почти что невозможно! 

Содержит он в себе всю человека власть, 

сокрыв до срока всё: и счастье, и напасть, 

и торные пути, и муки бездорожья, 

и гордое «Прощай!», и радостное «Здрасте!» 

и мудрость простака, и глупость подлеца, 

и свиток золотой, и грязный пот бойца, 

и тихую любовь, и половодье страсти, 

и письма жениха таинственной невесте, 

и сына первый крик, и старика наказ, 

и девственника взор, и ворожеи сглаз, 

и полководца клич, и рисовода песню! 

Ведет меня, как долг, загадочная нить, 

и я шепчу себе: «Давно пора остыть!»… 

8 камень (иероглиф «Син») 

И я шепчу себе: «Давно пора остыть!» 

Давно пора понять, что ты не вечен, право! 

Давно пора за всё и всех навек простить, 

пока еще бурлит в неспящем сердце лава. 

Пока еще живет в родном селе семья, 

пока горит очаг и варится похлёбка, 

пока старик-отец нам Книгу Бытия 

читает нараспев…, и мы молчим неловко. 

Из сглаженных камней, напитанных теплом 

общения людей, их дел и песнопений, 

составлен на века наш Общий Божий Дом, 

где Син исцелена от смерти и падений. 

Я умиленьем пьян от Жизни сей чудесной: 

Четырнадцать камней как стражи Поднебесной! 

9 камень (иероглиф «Ци») 

Четырнадцать камней как стражи Поднебесной! 

(Беда, как тать, придет, сколь крепость не готовь!) 

Неужто воровство проникло в сердце вновь, 

лишило мир любви, разбило равновесье?.. 

К чему склонять меня, коль прямо я поставлен? 

К чему ронять моё достоинство и честь?! 

Но скалит зубы черт, и вторит ему чернь. 

И Кун-Фу Цзы забыт, и мир, как храм, оставлен. 

И как ни назови гармонию Вселенной — 

Начало или Ци; Любовь — ее печать! 

Но, коль ей верным быть, приходится молчать, 

чтоб силу воспринять в своей душе нетленной! 

И всё, что любишь ты — незыблемый гранит — 

Пятнадцатый собрат невидимо хранит. 

10 камень (иероглиф «Тянь») 

Пятнадцатый собрат невидимо хранит, 

свой развернув шатер над колыбелью мира — 

собой объемля ширь превысшую Памира, 

притягивает нас таинственный магнит. 

Натянут полог Тянь… Как тонок слой озона! 

Растянут ли его сыны земли сырой? 

Протянут ли они с заботой иль с игрой? 

И вряд ли будет шанс им дан — начать всё снова… 

Сгорит всё, и в золе уж мы не будем рыться, 

Сгорит всё… Только дух под купол воспарит. 

Туда, где чистота, как царский лазурит, 

сиянием добра отсвечивает в лицах 

всех, кто стремится ввысь, кто не стоит на месте; 

всех, кто в чертог идет к его Святой Невесте. 

11 камень (иероглиф «Дэ») 

Всех, кто в чертог идет к его Святой Невесте, 

проводит Благодать, Аретэ или Дэ. 

Ей приобщиться долг и счастье для людей, 

Ее не знать — беда, проклятье и бесчестье! 

Её дары лишь Царь Небес низводит долу, 

но благородный муж навстречу им спешит, 

хранит он строго пост — не ест, не пьет, не спит… 

и в сердце, и в уме он тайно зрит мандорлу. 

Нас Тайна Бытия тревожит и пугает, 

как сохранить Любви Божественной талант? 

Всё ж Верности Залог — твердейший адамант: 

Семья — святой ковчег, Семья — начало Рая. 

Нас Царь усыновит, вас Царь удочерит! 

Но завистью чужой мудрец опять убит… 

12 камень (иероглиф «Дао») 

Но завистью чужой мудрец опять убит… 

Неужто не достиг он совершенства Дао? 

Неужто он свернул налево, не направо? 

Кто в зарослях густых стремнину разглядит? 

Напарники твои — лишь риск да глазомер. 

Прикинул на авось — удача улыбнулась! 

(смекнула в самый раз безбашенная дурость…) 

Но коли есть стезя, бери с других пример! 

Куда ты шел, мудрец, узнаешь, лишь придя… 

Отведаешь того, чего сам не готовил, 

с тем, кто был до тебя, быть может, станешь вровень, 

а, может быть, с ним станешь, как дитя… 

Багря ткань бытия чернильной киноварью, 

бумажный человек собой покроет камень. 

13 Камень (иероглиф «Ли») 

Бумажный человек собой покроет камень, 

как жертву принеся дракону имярек… 

Ведь, кем бы ни был змей, он изрыгает пламень! 

И чем-то грозен он, хоть вызывает смех… 

Да, смерть тому — итог, и этому — начало! 

Что здесь приобретешь? Чем Небу угодишь? 

К чему стремишься ты? К причалу, от причала? 

И сколь себя не мни, — лишь гладь в уме да тишь… 

К чему идти, глупец, коль недеянье благо? 

Путь в сотни тысяч ли пройдет ли человек? 

Пиши иль не пиши: бумага есть бумага — 

Кто растолкует, что она хранит в себе? 

Коль не сложился текст послушными мазками, 

и ножницы судьбы не тронут оригами!.. 

14 Камень (иероглиф «Мин») 

И ножницы судьбы не тронут оригами. 

И по реке судьбы кораблик поплывет: 

минует острова, приветливую гавань, 

поминки по себе и справит, и споёт. 

В саду камней ему раздольно и спокойно, 

уютный этот мир ему и нам под стать. 

Он в русле бытия летит по светлым волнам, 

он чувствует во всем святую благодать! 

Зла в этом мире нет! Оно исчезло напрочь! 

Как пар и как туман, растаяло в лучах! 

Здесь ставни и врата не закрывают на ночь; 

испив из Родника, расцвел тот, кто зачах. 

Здесь вязь имен хранят воздушные виньетки; 

здесь символично всё: вода, каменья, ветки. 

15 Камень 

(Жэнь-Синь-Вэнь-Ти-Юн-Чжи-И-Син-Ци-Тянь-Дэ-Дао-Ли-Мин) 

Здесь символично всё: вода, каменья, ветки, 

что сад таит в своей затейливой канве! 

Зачем же эту вязь выпестовали предки? 

Письмо, прочтя, сожгли, оставив лишь конверт?.. 

Забытый сад камней я обхожу тревожно, 

выглядывая в нем приметы, словно сны. 

Но разгадать его почти что невозможно, 

и я шепчу себе: «Давно пора остыть!» 

Четырнадцать камней — как стражи Поднебесной! 

Пятнадцатый Собрат невидимо хранит 

всех, кто в чертог идет к его Святой Невесте, 

но завистью чужой мудрец опять убит… 

Бумажный человек собой покроет камень, 

и ножницы судьбы не тронут оригами… 

(март 2016)

Мы используем cookies, чтобы вам было проще и удобнее пользоваться нашим сервисом. Узнать больше.